«Нелегально провезли 100 кг медикаментов и меня». Белорус побывал в больницах Латинской Америки. Это вообще не так, как у нас!

В странеОбщество
0
0
Поделись с друзьями

В 2017 году Вика и Карина открыли бесплатную клинику Health & Help в Гватемале – две девушки из Уфы всегда хотели помогать другим людям. В конце 2019-го девушки открыли вторую клинику – в Никарагуа. В феврале этого года минский режиссер Миша Пархоменко поехал в Латинскую Америку, чтобы снять короткометражный фильм про две клиники. Историю об этой поездке рассказывает Таня Капитонова.

«Латинская Америка встретила нас полицейскими с дробовиками и бесконечной колючей проволокой»

– Лет 8 назад я поехал автостопом в Уфу к девушке, в которую был влюблен. Пока готовил сюрприз, вписывался у Вики – так мы с ней и подружились, – рассказывает Миша. – Вика – врач-инфекционист, которая училась в Бельгии на специалиста по тропической медицине и организации здравоохранения в странах с ограниченными ресурсами. С Кариной я познакомился около года назад, когда поступил в «Школу нового кино» в Москве.

Недавно Карина предложила мне сделать проморолики про Health & Help, чтобы привлечь волонтеров и спонсоров. Конечно, я согласился и отправился на месяц – сначала в Гватемалу, потом в Никарагуа. Мы поехали с блогером Ильей Бондаревым.

Латинская Америка встретила нас полицейскими с дробовиками на каждом перекрестке и бесконечной колючей проволокой над высокими заборами жилых домов – так выглядела столица Гватемалы.

Но клиника находится в глуши, в горах на высоте 2000 метров, поэтому там всегда «вечная весна»: днем 20–25 градусов тепла, ночью от нуля до +10. Карина с Викой построили ее в 2017 году.

Это место девушки нашли не сразу: из одной деревни их прогнали с мачете, а в другой деревне начался вооруженный конфликт между местными жителями и владельцами гидроэлектростанций.

Клинику специально построили в удаленном месте, где у жителей нет никакого доступа к медикаментам и медицинской помощи. Это обычная деревня, где люди выращивают огурцы, помидоры, кукурузу, авокадо, держат кур. Все жители открыты, знают друг друга и делятся всем, что есть.

«Люди приходят как с ранением от мачете, так и с сахарным диабетом»

– Девиз Health & Help звучит так: «Никто не должен умирать от излечимых болезней». В клинику приходят люди с любыми проблемами со здоровьем. Это может быть как порез от мачете, так и сахарный диабет. Чаще всего обращаются именно с сахарным диабетом: им болеют повально все, потому что местные люди едят много мучного и сладкого.

Остальные случаи – как и во всем мире: насморк, головные боли, понос, эпилепсия, давление. Если у человека что-то болит, он идет в клинику Health & Help.

«Женщина жаловалась, что после еды ей хочется спать. Она считала, что это неправильно»

– Мне представилась возможность снять процесс работы клиники, куда приходят люди с другим менталитетом, говорят на другом языке, а врачи работают с ограниченным количеством оборудования и медикаментов. На приемах я словно проникал в интимный мир пациентов: при мне они жаловались на боли, выслушивали диагнозы, получали уколы.

Думаю, что некоторым пациентам нужно играть в театре, настолько ярко и живо они описывают свои жалобы. Один человек так эмоционально рассказывал о боли в ноге, что нога заболела и у меня.

Иногда местные заходят, чтобы выговориться и пожаловаться на жизнь. Один мужчина сказал, что у него началась депрессия из-за того, что уехала жена. Потом она вернулась, но депрессия так и не прошла.

Чем меньше люди разбираются в медицине, устройстве организма и анатомии, тем красочнее описывают свои симптомы или «проблемы». Например, одна женщина жаловалась, что после каждого приема пищи ей хочется спать. Она считала, что это неправильно, и просила ее вылечить.

Через прицел моей камеры прошли дети, старики, семьи – и к концу дня я чувствовал усталость не меньше врачей. После ужина я часто бродил вокруг клиники в одиночестве, чтобы отрефлексировать увиденное.

«Большинство населения Гватемалы не знает о существовании презервативов»

– Тут я понял, что медицина – это не только про спасение жизней, но и про улучшение ее качества, введение полезных привычек. Поэтому в клинике просвещают местных жителей о здоровом образе жизни.

Например, волонтеры составляют программы по питанию. В Гватемалу приезжала девушка-диетолог и рассказывала, как правильно питаться, чтобы избежать множества проблем – в том числе сахарного диабета.

Также врачи пропагандируют использование презервативов и других контрацептивов, потому что большинство населения даже не знает об их существовании. Многие семьи живут в бедности и все равно заводят по 5–10 детей. В один из дней мне удалось заснять реакцию женщины, когда ей сообщили, что ее тест на беременность положительный. Она не была рада этой новости.

Я пристально наблюдал за врачами-волонтерами. Кто эти люди, готовые приехать сюда на целый год и вдали от цивилизации работать каждый день без привычного комфорта и удобств? Люди, которые искренне любят свое дело, люди с безграничной силой воли и терпением. Они работают не до часов закрытия, а до последнего пациента. Они заботятся о них так, словно это не чужие им люди. Скажу честно, местами я не понимал, что с нашей системой здравоохранения не так.

«Волонтеры закупают лекарства в Беларуси и России»

– Помимо работы в режиме поликлиники, клиника Health & Help принимает и экстренных пациентов. Если у кого-то острая боль в животе, травма, роды или иной срочный случай, то в любое время дня и ночи люди могут позвонить в дверь клиники и получить помощь.

Клиника хороша тем, что здесь есть аптека. Как только врач ставит диагноз, то сразу дает лекарства, причем бесплатно. Волонтеры закупают лекарства в Беларуси и России и везут их в личном багаже, потому что в Гватемале медикаменты примерно в 10 раз дороже.

В других местах пациентам просто выписывают рецепт, с которым они должны пойти в аптеку. Но там может не быть лекарств, у человека может не быть денег, да и вообще он может просто забить и не дойти, потому что в округе нет аптек.

В часе езды от Health & Help находится государственный Центр здоровья. В нем не выдают лекарств, врачи работают несколько раз в неделю, а в остальное время там находятся только медсестры.

«Мы нелегально провезли через границу 100 кг оборудования и медикаментов. И меня»

– После двух недель съемок в Гватемале нужно было ехать в Никарагуа, куда мы отправились вчетвером: я, Вика, Карина и Илья Бондарев, который снимал видео для своего блога на YouTube.

У нас было три чемодана, целиком загруженных медикаментами, медицинским оборудованием, техникой. Общий вес – больше 100 кг. Все это было необходимо для открытия клиники в Никарагуа: она не смогла бы работать без лекарств и техники.

Сложность была в том, что в таком объеме мы не могли легально ввезти все это в Никарагуа, а на официальные разрешения попросту не было денег. Мы решили пересекать границу ночью, когда латиноамериканские пограничники более лениво осматривают автобусы.

Между Гватемалой и Никарагуа находятся Сальвадор и Гондурас. Самая удобная трасса лежит через Сальвадор, но мы совсем забыли о том, что мне нужна виза в эту страну. Долго думали, как поступить. В итоге решили, что через Сальвадор я поеду нелегально. Каким-то чудом это удалось: спасибо нашей смекалке и лени пограничников. Мы смогли не только нелегально провезти оборудование с медикаментами, но и человека, то есть меня. На любой границе нас могли арестовать.

В момент пересечения границы Сальвадора в нашу маршрутку вошли врачи и начали измерять температуру, чтобы проверить наличие коронавируса. А накануне у меня был тепловой удар, и я пролежал весь день с температурой 39. Хорошо, что я закинулся парацетамолом и он еще действовал. Когда меня проверяли, градусник не показал температуру. А если было бы иначе, то меня могли забрать в клинику и поместить на карантин.

На границе с Никарагуа чемоданы не проверяли, а за это мы переживали больше всего. Так мы смогли нелегально провезти лекарства и медицинскую технику для будущей клиники. И еще белоруса, который снимал видео про все это.

«Девушки поехали в отпуск в Никарагуа и практически случайно открыли там клинику»

– Полтора года назад Вика и Карина впервые решили поехать в отпуск – за три года работы в Гватемале они наладили процессы в клинике, туда приезжали волонтеры и приходили пациенты.

Так как у девушек было немного денег, они поехали в ближайшую страну – Никарагуа. Целую неделю лежать на пляже было бы слишком скучно, поэтому решили посмотреть удаленные места для будущей клиники, чтобы однажды ее построить.

Девушки связались с министерством здравоохранения Никарагуа и получили список деревень с самым высоким уровнем смертности. Вика и Карина забрели в далекие джунгли, где не было дорог, проточной воды, электричества и никакой медицинской помощи, но была деревня Ла Сальвия, где жили люди, которым сразу же захотелось помочь.

Они просто не смогли пройти мимо и решили, что нужно строить вторую клинику. Собрали деньги на краудфандинге, нашли волонтеров, позвали уже знакомых архитекторов и запустили процесс.

«Почти вся клиника сделана из полудрагоценного сорта древесины»

– Клиники в Гватемале и Никарагуа выглядят абсолютно по-разному, у них разный дизайн. Не только потому, что архитекторам интересно работать над новыми проектами, но и потому что в этих странах разная доступность материалов и разные цены на них.

Над дизайном обеих клиник работали архитекторы Елизавета и Михаил Шишины из Martlet Architects. К строительству здания в Никарагуа они приступили в ноябре 2018 года, а в декабре 2019-го клиника была готова.

Почти все это время архитекторы жили в палатке под палящим солнцем, расчищали джунгли, исследовали территорию, делали колодец, руководили процессом строительства и сами принимали в нем участие.

Клиника автономна и функционирует без внешних инженерных сетей: команда из 33 волонтеров и жителей деревни самостоятельно провела водоснабжение, канализацию и поставила солнечные батареи. Кондиционирование было не по карману, поэтому сделали систему естественной вентиляции всех помещений.

Крышу пытались построить до начала сезона дождей, но он начался раньше, так что строительные работы растянулись. Дожди шли так часто, что бетон не успевал высохнуть.

Сейчас на крыше стоит 7 солнечных батарей площадью 9 квадратных метров, которые обеспечивают электричеством всю клинику. По вечерам есть свет, работает стиральная машина и холодильник, можно заряжать гаджеты. Электричества хватает для 10 человек, постоянно работающих в здании.

Полы в клинике деревянные, покрытые лаком. Я как-то спросил, не слишком ли это расточительно. Ребята ответили, что в Никарагуа есть деревья гуанакасте, чей сорт во всем мире считается полудрагоценным. Это дерево распространено в Центральной Америке и где-то даже является важным символом: например, в соседней Коста-Рике его изображают на купюрах и паспортах.

В Никарагуа эти деревья просто растут в лесу, и Health & Help бесплатно выделили участок для вырубки. Почти вся клиника сделана из полудрагоценного сорта древесины: она прочная и эстетичная.

Клинику в Никарагуа построили за $63 159: кроме покупки стройматериалов и инструментов, сюда включены расходы на содержание волонтерского лагеря, машины и прочие затраты.

«Жилые дома выглядят как деревянные палки, обмотанные черным полиэтиленом»

– Гватемала меня подготовила к культурному шоку, который я испытал в Никарагуа. Здешняя клиника находится в удаленном регионе возле океана и недействующего вулкана. Точнее, последний раз он взрывался 200 лет назад и с тех пор молчит.

Если в деревне Гватемалы люди живут в домах из глины, еловых иголок, металлических листов, то в деревне Никарагуа жилые дома выглядят как деревянные палки, обмотанные черным полиэтиленом. Все спят в гамаках. Даже местная школа – это просто навес, под которым пару раз в неделю собираются ученики и учитель.

Деревянный двухэтажный дом есть только у местного бизнесмена, который покупает рыбу у рыбаков и возит продавать ее в город.

Еще здесь нет аптек, автомобильных дорог, проточной воды, электричества и никакой медицинской помощи. Телефонная связь и интернет работают с плохим сигналом.

До ближайших деревень – полтора часа на лодке или пешком через джунгли. Можно еще на лошади, но в этом больше необходимости, чем развлечения: седла неудобные, жара страшная, подниматься нужно в гору.

Когда мы на лошадях ездили в другую деревню лечить людей, меня укусил клещ. Я отделался легко: несмотря на довольно враждебную природу, клещи в этих местах не переносят заболеваний.

«Петушиные бои – это самое жестокое, что я видел из человеческих развлечений. Но их смотрят дети»

– Все вокруг повязано на рыбалке: жители ловят рыбу, чинят сети, делают снасти, красят лодки, а на закате вытаскивают их на берег. Люди питаются рыбой и крабами, держат кур и свиней. В общем, живут скудно.

Развлечений мало. Если убрать музыку и алкоголь, то по субботам в ближайшей крупной деревне проходят скачки на лошадях и петушиные бои. Скачки на лошадях меня разочаровали: я три часа ждал их, чтобы увидеть, как двое юношей на лошадях пробегут полкилометра по прямой за 15 секунд.

А вот петушиные бои переплюнули все мои ожидания: это самое жестокое и эстетизированное, что я видел из человеческих развлечений. Петухам отрезали шпоры и вместо них прикрепили острые лезвия. Петухи должны уничтожить друг друга быстрее, чем устать. Они двигались так быстро, что я не успевал следить, кто кому нанес удар. Постепенно бойцы начали покрываться кровавыми подтеками. Один из тренеров во время передышки приводил в чувства своего петуха, вентилируя ему легкие и слизывая с головы кровь, которая залила глаза. К концу боя глаз уже могло и не быть.

Вокруг ринга было много детей самого разного возраста. Вот такое детство в Латине – бок о бок с насилием. Здесь это праздник и первоклассное развлечение.

«Непонятно, что делать и где брать деньги»

– Я спросил Карину, какая ситуация сейчас, и вот что она ответила.

«Границы закрыты. Иностранцы не могут прилететь в Гватемалу и Никарагуа. Для нашей клиники это значит то, что новые волонтеры не смогут приехать на место старых, которые уедут после карантина. Отменен общественный транспорт между городами. Волонтеры не могут ездить в города за медикаментами.

Введен комендантский час с 16:00 до 07:00. Так как наши ребята работают до 16:00, то после смены не могут никуда пойти. В своей клинике мы ввели карантин и принимаем только экстренных пациентов и людей с хроническими заболеваниями, которым постоянно нужна медикаментозная помощь: диабетикам, эпилептикам, людям с болезнью Паркинсона.

Мы стараемся давать им лекарства на несколько месяцев вперед, чтобы они подольше сидели дома. Разделяем очередь на тех, у кого есть респираторные заболевания, и тех, у кого их нет. Повесили плакаты и умывальники, рассказываем всем про карантин, просим не приходить без срочных ситуаций. Мы сейчас не принимаем здоровых людей, например детей и беременных, которым положен плановый осмотр.

А в Никарагуа самое печальное даже не то, что ввели карантин, а то, что начались лесные пожары рядом с клиникой. Волонтеры активно их тушат и почти не спят.

Непонятно, что делать и где брать деньги».

Следите за нами в Telegram , Viber и Яндекс Дзен

Добавить комментарий