Сергей Черечень показал свою квартиру и объяснил, почему новому президенту не нужны резиденции

В странеЛюди
0
3
Поделись с друзьями

Сергей Черечень называет себя «самым подготовленным» кандидатом к нюансам этой политической гонки: юридически у него нет никакой недвижимости и даже на работу он ездит на служебной машине. С другой стороны, он является бизнесменом и живет не на улице. TUT.by побывали у него в гостях и поговорили о том, как он собирается сделать для народа доступное жилье и сколько резиденций нужно президенту.

«Классика или хай-тек — мне без разницы»

Квартира Сергея Черечня, в которой он живет с женой и маленькой дочкой, находится в центре Минска. Стиль интерьера — классический. Дизайн-проект продумывала супруга кандидата в президенты. Она же руководила всем ремонтом, подбором мебели и декора.

— Я мало принимал участие в ремонте, и мне по большому счету все равно, в каких интерьерах жить, — говорит Сергей. — Я большую часть дня провожу на работе и сюда приезжаю только спать. Для меня важно, чтобы было чисто, тепло, комфортно, мягкая кровать и еда на столе. Поэтому у меня нет личных предпочтений в интерьере: классика или хай-тек — мне без разницы. Я человек работы, а остальное не так важно.

Фото: Вадим Замировский, TUT.BY
На 220 «квадратах» поместились большая гостиная с окнами в пол, столовая и кухня, три спальни

По словам Сергея, дома он старается абстрагироваться от работы и посвящать время общению с женой и дочкой.

— Такое разделение обязательно: нельзя смешивать работу и семью, — уверен он.

— У вас была дилемма — загородный дом или квартира?

— Мы ее для себя уже решили. Я считаю, что хорошо, когда есть и дом, и квартира. У меня был опыт строительства домов для жизни за городом, но мы их продали. Для себя понял, что мне больше нравится жить в квартире — так удобнее. Если что-то забыл, то в течение 10−15 минут я могу добраться до места жительства. Квартира удобна, когда у тебя есть ребенок: садик в шаговой доступности, секции. Если ты живешь за городом, то на дорогу тратится больше времени.

Кроме того, в квартире меньше дел: траву косить не нужно, забор не косится, крыша не течет, всеми делами занимается управдом.

Фото: Вадим Замировский, TUT.BY

Самый подготовленный кандидат

— Но у вас как у кандидата в президенты в декларации нет ни дома, ни машины…

— Я самый подготовленный к этим выборам кандидат. Я не спонтанно принимал это решение и много сделал для того, чтобы в тех условиях, которые нам диктует нынешняя власть, участвовать в этой кампании. У меня были определенные активы, и теперь юридически у меня их нет. Квартира, например, принадлежит моей жене.

Фото: Вадим Замировский, TUT.BY

Я прекрасно понимал, что будет определенное давление: мы сейчас видим, что происходит с Виктором Бабарико. И я думаю, что это приведет к печальным последствиям. Ему необходимо было заранее начать подготовку к этим выборам. Если ему «впаяют» то, что хотят, то конфискуют всю недвижимость семьи. Виктор рассчитывал, что жестких санкций по отношению к нему не будет, что есть определенные грани благоразумия, но мы живем в Беларуси. Пока ты бизнесмен, который представляет интересы иностранной компании, то ты не видишь всей печали, которая в реале существует в стране. У тебя идет все как по маслу, когда за тобой стоит окружение, большие активы. Но как только ты выходишь из этого комфортного окружения, то все очень сильно меняется и те двери, которые ты открывал ногой, превращаются в каменные глыбы.

«Случалось и на вокзале ночевать»

Сергей Черечень родился в Кричеве, но учился и вырос в Могилеве. По его словам, у него была «среднестатистическая семья, жили в квартире, по выходным ездили на дачу, с утра до вечера пахали, сажали, пололи, собирали».

В студенчестве место в общаге ему не дали, несмотря на то, что он учился на бюджете. Три с половиной года жил с друзьями на съемных квартирах, снимал комнату.

— Всякое бывало, потому что денег не хватало, — говорит Сергей. — Помню, как в сентябре приехал из Феодосии и полтора месяца искал комнату. Обращение в агентство недвижимости было безрезультатным. Ты платишь некую сумму — тебе дают список телефонов и адресов с якобы сдающимися квартирами и комнатами. Но на поверку это были фейковые адреса, на звонки или никто не отвечал, или говорили что уже сдали. Это был развод. Некоторое время приходилось даже на вокзале ночевать или у друзей. В итоге снял крайне убитую комнату, в плохом районе и с крайне странными соседями. Прожил там год. Общежитие получил только на четвертом курсе, в рабочей общаге, когда уже начал заниматься общественной деятельностью.

Фото: Вадим Замировский, TUT.BY

Иногородним студентам, которые приезжают в Минск учиться, приходится сложно, если вуз не выделяет место в общежитии, ведь не у каждого родители имеют возможность оплачивать съемную квартиру. Государство не должно перекладывать это на плечи родителей, нужна организация, которая бы помогала студентам в этом вопросе.

— Как вы смотрите на идею строить больше арендного жилья для тех, кто в нем нуждается, но не может позволить себе купить квартиру?

— Мне нравится концепция арендного жилья. Мировое сообщество давно так живет. Это происходит не так, как у нас: собрали деньги, купили квартиру и живем в ней. У них нормально постоянно менять жилье. И если бы в нашей стране тоже развить это направление, то это было бы тоже востребовано. Определенный опыт ведь уже есть: люди живут в арендных квартирах и платят не много. Но этот опыт не масштабируется. Я считаю, что нужно развивать тему арендного жилья и наращивать объемы строительства доступного арендного жилья.

Арендное жилье не должно быть бизнесом и моментально окупаться. Здесь важен эффект для государства: семьи живут в недорогом жилье, работают, тратят свои зарплаты в наших магазинах, платят налоги, а не уезжают за рубеж.

Про ипотеку и «долевку»

— В предвыборной программе у вас говорится о доступном жилье для белорусов и о том, что покупка первого жилья должна субсидироваться государством. Как это вы себе представляете?

— Нужна ипотека в формате, когда люди покупают готовое жилье у застройщиков, которые за свои средства строят дома и продают живые квадратные метры. Понятно, что цена будет дороже, чем когда покупаешь на этапе проектирования и строительства. Но здесь будут гарантии того, что ты не останешься у разбитого корыта.

Застройщики, которые сегодня могут на свои средства построить целиком дом, есть, и их довольно много. Но проблема в том, что они не могут получить земельные участки для застройки. В Минске это практически невозможно, если ты не входишь в определенные круги «семьи». Получают участки «Дана», «А-100» и еще несколько застройщиков, и они продолжают строить. Остальным о стройке приходится только мечтать. Последних 3−4 года практически все инвестдоговоры схлопнулись и на аукцион участки практически не выставляются.

Я пять раз в 2012—2015 годах выходил на Мингорисполком, чтобы мне выделили по инвестиционному договору площадку для строительства в Минске, и каждый раз получал отказ под разными предлогами, а потом эти участки уходили в разработку приближенным застройщикам. При этом у нас были и эскизные проекты, и архитектурные решения, инвестдоговоры в стадии подписания, практически все разрешения были на руках. Но комиссия во главе с Жанной Бирич (на тот момент — председатель комитета инвестиций и строительства Мингорисполкома, а потом — зампред Мингорисполкома. — Прим. TUT.BY) проекты отклоняла.

Фото: Вадим Замировский, TUT.BY

Сергей Черечень считает, что покупка первого жилья должна субсидироваться государством, а дешевые деньги для ипотеки есть в Европе.

— Сейчас деньги в ЕС дешевые — 2−2,2% за пользование кредитами. Но так как Беларусь находится в своеобразной изоляции и под санкциями из-за того, что очень плотно взаимодействуем с Россией, нет двухстороннего диалога с ЕС и США, то есть имеет место проблема доступа к этим дешевым деньгам.

Наше программное решение — налаживание и развитие отношений и получения доступа к этим средствам под госгарантии. Таким образом мы сможем их ретранслировать в недвижимость для наших людей, приобретающих свое первое жилье. Если для нас это ничего не будет стоить, почему бы не поддержать своих людей? Для этого нужно волевое решение, но я понимаю, что пока действующий президент будет у власти, он не сможет скорректировать свою политику в сторону Европы, потому что очень сильно завязан на Россию и много обещаний дал той стороне.

Когда мы сможем дать людям возможность строить или покупать жилье в ипотеку под низкий процент и выплачивать ее длительное время, мы тем самым нашим гражданам, которые уже сейчас думают уехать из страны, дадим возможность реализоваться на родине — работать, зарабатывать и платить налоги. Это нормальный процесс в стране со здоровой экономикой, которой мы сейчас не являемся.

— А что не так с долевым строительством?

— При долевом строительстве на этапе проектирования застройщик имеет возможность продавать квадратные метры по договорам долевого строительства. В этом случае необходимо иметь лишь подписанный договор на проектирование. На этом этапе уже можно заниматься рекламированием и привлечением дольщиков. И если скинуть 50−100 долларов, то в определенном круге риелторов можно найти нужное количество людей, которые занимаются инвестированием в недвижимость. Но в данном случае непонятно, имеет ли сам застройщик собственные активы, для того чтобы закончить объект в случае, если он нерационально распределит привлеченные инвестиции. И такие примеры мы знаем: «Итерастрой», «Тамбаз», «Волынь» и другие. Нам нужно защитить людей, которые продали свою «однушку», взяли кредиты, честно заплатили всю сумму за свою квартиру, а в итоге остались ни с чем.

— Сколько должен стоить квадратный метр жилья?

Квадратный метр может стоить в районе 700 долларов с учетом прибыли застройщика. Причем не только в Минске, а по всей стране. Земля же везде фактически одинаковая, те же сети по себестоимости одинаковы для Могилева и Минска. Конечно, в столице строительные услуги дороже, чем на периферии, но это непринципиально в масштабах страны.

По мнению Сергея Черечня, в Минске квартиры стоят дороже из-за искусственного ажиотажа: участков под застройку мало, цена на них растет, квадратный метр дорожает.

— Это нечестная конкуренция, когда меньше строим, поэтому больше зарабатываем, — говорит он. — Мы сделаем так, чтобы на рынке недвижимости была честная конкуренция и доступ к земле для всех застройщиков. В рыночных условиях и при большем объеме строительства появится избыток квадратных метров, застройщики уже хотят заработать не 300%, а 100%. Со временем цена сама по себе стабилизируется на уровне 700−800 долларов.

Фото: Вадим Замировский, TUT.BY

— Столице пора выходить за пределы кольцевой?

— Те пахотные земли, что есть вдоль МКАД, — абсолютно бесполезные, и их нужно переводить в другой статус. Я не понимаю, почему их до сих пор держат, кроме как с целью создать ажиотаж внутри кольца.

— В предвыборной программе у вас есть пункт и про благоустройство. Что вы предлагаете и на чей опыт вы предлагаете ориентироваться?

— Не надо изобретать велосипед. Есть страны, которые ушли далеко вперед и в архитектуре, и проектировании. Мы должны использовать их опыт и отбрасывать те ошибки, которые уже были ими допущены. Тут должны работать комитет архитектуры и специалисты: им это наиболее близко и они прекрасно понимают, как это все делать.

В целом я не могу выделить такой город в стране, который бы мне не нравился, был бы грязным или неухоженным. По благоустройству, инфраструктурному развитию у нас все неплохо. Мои партнеры из России и Европы, когда приезжают к нам, приятно удивлены увиденным. Так что картинку у нас сделали хорошую. С этим я не могу не согласиться.

«Резиденции в таком виде не нужны»

— Нужны ли будут вам, если станете президентом, резиденции и дворцы?

— В этом вопросе я ориентируюсь на Станислава Станиславовича Шушкевича. Он, бывший руководитель страны, живет там же, где и жил, когда занимал высший пост в государстве, — в квартире. Все, что государство на тот момент ему предоставило, — это одного охранника у входа. И в какой-то степени это правильно. Когда ты не чувствуешь опасности, что люди тебя порвут на улице, — это абсолютно нормально.

Мне лично непринципиально, где жить. И если бы у меня не было семьи, я бы жил в офисе. Когда я меняю локации, то мне это доставляет определенный дискомфорт. В гостиницах, даже самых дорогих, мне некомфортно: мне нужен мой матрас, мое одеяло и моя подушка. По этой причине я не вижу целесообразности в десятке резиденций и смене локаций.

И резиденции не нужны в таком виде. Они простаивают, но там наверняка работает куча персонала, который их обслуживает. Плюс свет, вода, отопление, ремонты — это дополнительная и бессмысленная нагрузка на бюджет страны.

Посмотрим, если их можно будет отдать под базы отдыха или детские центры, или другие государственные нужды, — мы обязательно это сделаем.

Следите за нами в Telegram , Viber и Яндекс Дзен

Добавить комментарий

Close