Регион

Как прошел первый год гродненки после распределения в глушь

В Большой Берестовице есть музей белки, человек сто молодых специалистов и ресторан, в который, говорят, лучше не ходить (почему — никто не знает: там же никто не бывает). Ходят здесь только из дома на работу и быстренько возвращаются обратно, пока ничего интересного не произошло. Про такие места обычно говорят «тихое» или еще сдержаннее — «аккуратное». Чтобы никого не обидеть. Ксюша здесь уже год — двадцатую часть всей жизни, пишет Onliner.by. Живет в общежитии, думает об Америке, учит детей прекрасному и не знает, как быть дальше: то ли бежать в сторону границы, то ли возвращаться домой, то ли менять профессию. При распределении гродненка сама попросила уехать из областного центра в небольшой поселок — и теперь вкушает все прелести провинциальной жизни, которой нет.

О провинции

Большая Берестовица небольшая — обычный райцентр с населением минского «спальника». Двенадцать месяцев назад молодой специалист Ксения Шеститко прибыла в местную музыкальную школу и бросила сумку с маминой провизией на скрипучую кровать старого общежития. Год пролетел как день. Смешливая вахтерша теперь как родная, синяя деревянная дверь без ручки уже открывается одним легким движением, в лицо давно знакомы все пятьдесят соседей — таких же молодых специалистов, приехавших поднимать поселок до уровня столиц и крупных городов.

— Так, журнал возьмем. Где ж он потерялся? А вот, в стопке. Ой, уронила! Когда спешишь, ничего не получается. Еще б очки кто дал. Ладно, и так прочитаем. Давайте паспорт. Ага, земляки. В грибы ходили? А я ходила. Два ковша собрала. Ты в 501-м? Переселилась, точно? — ведет диалог с собой типичная вахтерша из разряда «своих» и дает добро на проход гостей.

Поднимаемся по старой лестнице к блоку. В общежитии, кажется, никого: тут все при деле. Ксюша в старой комнате одна, ее соседка уехала ночевать к родителям. Девушка включает электрочайник, который подарили ей на День молодого специалиста в гостеприимной Берестовице, и рассказывает о теплоте провинциальных будней.

— День молодого специалиста — это праздник такой, ежегодный. Я тогда в первый раз увидела, сколько здесь молодежи — 89 человек! Одних врачей 25! Кого они тут лечат? — скромно улыбается Ксюша. — У нас на курсе в музыкальном колледже всего 10 человек было. Я с красным дипломом окончила, поэтому могла первой выбирать заявку. Все хотели распределиться домой, поэтому я решила пропустить ребят вперед и выбрала то, что осталось, — Большую Берестовицу. Мне было не так важно.

Хотелось подумать о жизни, отдохнуть, попробовать пожить отдельно от родителей. Было все равно, куда ехать, просто хотелось перемен. После колледжа я пробовала поступить в консерваторию, но засы́палась на вступительных. Так вышло. Сейчас я не жалею, но это стало еще одним поводом уехать: не хотелось каждому в городе рассказывать, как я не поступила.

Родители были не против, чтобы я сюда распределилась: недалеко от дома, да и это, по их представлениям, отличная работа для девочки — не нервная, не опасная… Для них и мое поступление в колледж было в радость. Они считают, что это престижно. Они очень хотели, чтобы я еще раз пробовала поступить в консерваторию, настаивали, но я была категорически против. Когда вопрос встал ребром, я пригрозила, что выйду замуж, — они успокоились.

Я привыкла принимать решения самостоятельно: выросла в многодетной семье, родители работающие, занятые (папа — программист, мама — регент — руководитель церковного хора) — приходилось быть взрослой.

— Я помню, как мы приехали сюда с концертом, когда еще учились в колледже. Зашла в класс на первом этаже, смотрю в окно, а возле банка курочки гуляют. Меня это так впечатлило! Подумала: вот бы было классно сюда распределиться. Так и получилось.

Оставаться в Берестовице девушка не хочет. Говорит, здесь скучно и пойти некуда, хотя зарплата и позволяет.

— Из общежития я почти не выхожу. Пару раз гуляла с парнем по окрестностям, ходили в соседние деревни — просто посмотреть, прогуливались к озеру… Но на этом все. Здесь есть один ресторан, но нас сразу предупредили, что туда лучше не заглядывать: там мафия собирается! Или как таких людей называют?

Если бы мне было 50, я бы здесь жила. Здесь спокойно, здесь отдыхаешь. Но мне всего 20…

Работа у Ксюши начинается только после обеда, но в школу она приходит с самого утра: занимается для себя, ксерит ноты, составляет планы. Домой приходит поздно вечером, почти сразу ложится спать. Так пролетают месяцы.

О деньгах

— В Гродно сложно. Учителями музыки чаще берут «своих». Максимум, на что можно надеяться молодому специалисту, — это полставки концертмейстером. Платят за это мало, работать приходится много, «плюшек» почти нет. Моя знакомая осталась на таких условиях, сейчас получает 200 рублей, а на такие деньги не проживешь.

Сейчас там все учителя грызутся за часы, все пытаются выжить друг друга, не поздравляют с конкурсами и концертами. В общем, все плохо. Здесь же такого нет, у нас все проще. Когда я приехала, мне сразу все показали, приняли в коллектив, помогли с программой, научили составлять документы.

В прошлом году я зарабатывала чуть больше 400 рублей в месяц, сколько будет в этом, пока не знаю. Даже моя учительница с высшей категорией и консерваторским образованием, работая на две ставки, зарабатывает меньше.

Поначалу я все растрачивала: ездила в Минск, ходила по кафе в Гродно. А сейчас поняла, что нельзя так транжирить. Сдала на права, получила визу и продолжаю откладывать.

Сперва я присматривала съемную квартиру, но найти что-то практически нереально: все сдается только «своим». Есть несколько квартир в новостройках, но их обычно сдают семьям. Да и платить нужно около 100 рублей, не считая «коммуналки». За общагу плачу всего 40 рублей в месяц и могу тратить воду и свет в неограниченных количествах. Комнаты тут, конечно, так себе, но я уже привыкла. Раньше мы в другом блоке жили, но теперь там лицеисты (с ними, кстати, стало ужасно шумно и грязно). Зато вахтеры хорошие, всегда входят в положение.

Я понимаю, что одной музыкой не проживешь, но пока других вариантов у меня нет. Для того я в поселок и уехала — чтобы подумать.

О работе

Ксюша говорит, что в целом она довольна тем, как все сложилось: она получает опыт, учится жить отдельно от родителей, получает достойную для ее профессии и возраста зарплату. Вот только чего-то все равно не хватает.

— В Берестовице у меня есть знакомая, которая распределилась сюда лет шесть назад и почему-то так и не уехала. Со мной такого не будет. Я обязательно найду себя и свое место. Пока же мне нравится работать с детьми и заниматься обучением. Бывает сложновато с ребятами из старших классов: они видят, что я не намного старше них, а переходный возраст дает о себе знать. Но пока получается договориться.

Тут все не так, как в городе. Там ты приходишь на работу — и ты никто. Там не будут заниматься твоим обучением, тратить на тебя время. Здесь же молодого специалиста встречают аплодисментами, искренне радуются приезду.

Есть, конечно, свои странности вроде обязательного ношения фликеров или вылазок на картошку. Это называется «платные услуги». За сезон каждый учитель должен два-три раза съездить на «добровольные» сельхозработы и провести там полный рабочий день. Но это все терпимо.

Люди здесь тоже другие. Они терпимее друг к другу, но любят власть и стремятся к ней. Все вопросы здесь решаются на бытовом уровне, нет формализма. Не знаю, хорошо это или нет, просто по-другому.

О будущем

Недавно Ксюша подала документы на дистанционное обучение в Москве. Через несколько лет она станет квалифицированным корпоративным психологом. Пока девушка не знает, зачем ей это, но считает: лишним точно не будет.

— Я побывала в одной крупной компании и загорелась идеей работать психологом с бизнесменами и офисными работниками. Мне это кажется интересным. Я не знаю, пригодится ли мне это в жизни, но еще одно образование мне точно не повредит.

У меня есть еще один вариант, хотя и довольно сомнительный. Когда-то мой двоюродный брат, выиграв грин-карту, уехал жить в США. Сейчас уже освоился, растит ребенка, познакомился с другими русскоговорящими эмигрантами. Он предложил переехать к нему и давать детям его друзей частные уроки музыки. Там это стоит очень дорого, да и все боятся, что ребенок, не приведи господь, слишком серьезно отнесется к этому делу и захочет связать жизнь с музыкой. А я могла бы заниматься с ними дома — им не надо было бы напрягаться, ездить куда-то, готовиться к экзаменам. Брат предлагает поселиться у него. По моим подсчетам, за день я буду зарабатывать больше, чем здесь за месяц. Но, повторюсь, план довольно сырой.

Переезжать в Минск, как делают почти все ее сверстники, Ксюша не хочет. Во всяком случае пока. Говорит, ее там никто не ждет, там и своих музыкантов полно.

— Не то чтобы у меня не было амбиций, я просто понимаю, что в Минске я не нужна. Куда я пойду работать? В школах там «консерваторские», в садах толком не платят. Да и квартиру на что снимать?

За этот год я решила, что хочу продолжать учиться, подумала, что мне не хватает среднего специального образования. Может, получится отучиться за границей, хотя бы в Литве. Я вообще медиком хотела быть, но не пошла, а теперь уже поздно, да и лень.

Но я уверена, что лучше начинать профессиональный путь в местах вроде этого. Лично мне совершенно не жалко этих лет, я не считаю, что они потеряны. За два года распределения можно хорошо подумать о своей жизни, определиться, правильную ли профессию ты выбрал, или, может, стоит получить еще одно образование.

Тут комфортно и очень спокойно. Тут отдыхаешь. В деревне тебя никто не критикует, никто на тебя не давит. У меня появилось время на самообразование, я продолжаю учиться играть и не гонюсь за выдуманными ценностями.

А еще здесь очень много звезд — не нужно даже задирать голову, чтобы их увидеть.

0
0
Поделись с друзьями