Регион

«На маму Максима невозможно смотреть без слез». С момента исчезновения школьника в пуще прошел ровно месяц

Ни возбуждение уголовного дела, ни объявление в розыск не принесли какого-то ответа на вопрос, где мальчик. Новостей о пропавшем в Гродненской области уже 11-летнем Максиме до сих по нет. Никаких. «Мама Валентина так воспрянула духом, когда стали говорить, что, возможно, видели его в Польше. Появилась надежда, а потом еще большее разочарование», — говорят в деревне.

Напомним, Максим Мархалюк из деревни Новый Двор Свислочского района пропал вечером 16 сентября. Мальчик попросил у мамы покататься велосипеде где-то в полседьмого вечера. Брату сказал, что пойдет за грибами, походит у края леса. В восемь вечера мама мальчика, Валентина, забеспокоилась и стала искать сына. В лесу, возле шалаша, где обычно играют дети, обнаружили велосипед Максима. Спустя некоторое время о том, что якобы видел мальчика в лесу, волонтерам сообщил один из грибников. Больше никаких следов Максима в пуще не нашли (одежда, лукошко, отпечатки чьих-то следов — все эти находки волонтеров, как выяснилось, мальчику не принадлежали), пишет Onliner.by.

«Ангел»: мы до сих пор помогаем информационно

Поиски Максима в Беловежской пуще уже вошли в историю как самые масштабные. В первые две недели ежедневно мальчика искали от 500 до 2200 человек — волонтеры со всей страны, солдаты, милиция, сотрудники МЧС, а также специальная техника — вертолеты с тепловизорами, беспилотники… Люди прочесали территорию в радиусе 20—25 километров, вертолеты с тепловизорами летали и за 100 километров от деревни.

— Мы со своей стороны сейчас помогаем информационно. Наши волонтеры расклеивают ориентировки во всех городах и деревнях страны, — говорит командир ПСР «Ангел» Сергей Ковган. «Ангел» и «ЦентрСпас» координировали сотни волонтеров, которые больше двух недель искали Максима.

— К сожалению, с момента пропажи Максима нам не поступало никакой информации о том, что мальчика где-то видели или замечали, — заключает Сергей.

СК расследует уголовное дело, милиция продолжает поиски. Информации нет

Между тем сотрудники милиции и военные до сих пор ищут мальчика и выезжают в Новый Двор. В начале октября пущу прочесывал даже ОМОН. В УВД Гродненского облисполкома отметили, что все это время правоохранители и сотрудники МЧС не прекращали поиски и рассматривали все возможные версии.

— В субботу мальчика разыскивали 20 сотрудников милиции, сегодня к ним подключилось около 100 человек военнослужащих из Минска, — добавили в УВД.

В Управлении Следственного комитета по Гродненской области информации о пропавшем Максиме также нет. Уголовное дело по факту без вести пропавшего здесь расследуют с 26 сентября. Тут тоже говорят, что ни одной версии, даже криминальной, не исключают. После сообщений польской стороны о том, что за 100 километров от границы видели 10-летнего мальчика, Максима объявили в международный розыск. С 6 октября информация о нем находится на сайте Интерпола. Но пока тишина.

— Следствие идет. Никакой дополнительной информации нет, мы все заявления уже сделали, — сухо сообщил Onliner.by официальный представитель УСК по Гродненской области Сергей Шершеневич.

Директор Новодворской средней школы: «Надежды не оставляем. Ребенка же по факту нет»

В самом Новом Дворе при упоминании имени Максима только разводят руками и вздыхают. 10 октября у мальчика был день рождения — ему исполнилось 11 лет. Односельчане надеялись, что к дню рождения Максима все же найдут, но ребенка до сих пор нет.

— Никаких новостей абсолютно. Нам никто ничего не сообщает. Работает Следственный комитет и с нами ничем не делится, — говорит Алла Гончаревич, директор школы, в которой работает мама Максима. — Если бы родители хоть что-то знали, знали бы и мы. А так… Ничего абсолютно. Надежды не оставляем. Ребенка же по факту нет. Да мало ли что, бывают же разные фантастические случаи. Это же не стандартная ситуация. В простой ситуации мы должны были сразу ночью его найти, ну пусть в воскресенье. Ну максимум на третий день. Ситуация просто нестандартная. Уже такие поиски были, что невозможно придумать, подумать даже что-то. Все догадки уже идут на уровне фантазий. Из опыта книг, кинофильмов и жизни. Что-то придумать новое — совсем трудно.

По словам Аллы Ивановны, конечно, больше всего за сына переживает мама.

— Мимо мамы Максима проходишь, она ж на работе, не хочется ничего говорить и спрашивать. Нечего сказать, да и что спросить. Если бы была у нее какая-то информация, то уже все бы знали. А так что скажешь? Лишний раз будоражить — просто невозможно. Ведь каждый раз у нее опять проживание трагедии. Видно, что человек похудевший, изможденный — без боли и слез нельзя смотреть. Помните, когда была информация о польском следе? Так она прямо воспрянула, когда сказали. А сейчас… Сейчас опять у нее это состояние такое…

Сама Валентина особо разговаривать с журналистами не хочет.

— А что я могу сказать, если никакой информации нет, — тихим измученным голосом объясняет она. — Я звоню, а информации нет…

0
0
Поделись с друзьями
Показать больше

Добавить комментарий

Статьи по теме

Close