Регион

Сельский smart house. Житель Гродненской глубинки построил лифт в деревенском доме и антенну высотой с двадцатиэтажку

     В деревне Старые Василишки Щучинского района растет рапс, пасется конь, стоит костел, гниет алыча, брешут собаки, мокнет асфальт. Рядом стоит поседевший от дум мужчина. Задирает голову вверх, щурится от дождя, разглядывая верхушку своего металлического детища — 52-метрового гиганта, короля всех сельских антенн, которого хозяин мастерил не один год. Кажется, из нависающей над старой деревней тучи вот-вот громыхнет молния, электричество эффектно пройдет по проводам телевышки, а из подвала деревянного дома раздастся зловещий смех. На деле все чуть проще: подвала в доме нет, по двери скребет белоснежный кот, а из голубого экрана доносится хрупкий голос зарубежного поп-певца. Ради последнего Антон Иванович и построил антенну: хотелось видеть мир чуть шире, чем показывают по белорусскому ТВ и вещают по радио. Теперь пенсионер смотрит польские HD-каналы, слушает зарубежную музыку, а между этажами ездит на деревянном лифте собственного производства. История Onliner.by — о простом белорусском пенсионере, которому всегда хотелось чуть большего.

Высота минской телебашни — 170 метров, антенны в Старых Василишках — примерно втрое меньше. Антон Насута начал строить ее еще в молодости, когда советское радио захлебнулось бы собственными волнами, заиграй оно Led Zeppelin или, еще хуже, The Rolling Stones. Вернувшийся из армии парень загорелся идеей словить что-то поинтереснее Кобзона и молодой Пугачевой (при всем уважении) — и начал мастерить.

     — В 1970 году купил себе радиолу (радиоэлектронное устройство, объединяющее в одном корпусе радиоприемник и электрофон. — Прим. Onliner.by). Сначала слушал что придется, а потом поймал ультракороткие волны — начало проклевываться что-то интересное, — вспоминает давнюю историю инженер-любитель. — Решил, что надо Польшу ловить: отсюда до Белостока напрямую километров 130. Вывел антенну на крышу — стало чуть лучше, но все равно не идеал. Решил перенести к дороге, где местность открытая, — все равно не совсем то. Так все наращивал-наращивал, совершенствовал, экспериментировал… Сегодня уже 52 метра высотой, но потом, может, еще пару метров докину.

Сейчас громадина создает внушительную тень на озимом поле и явно выбивается из угнетающего пейзажа деревенской осени.

      — Молния только один раз ударила, но тогда гроза жуткая была: коров поубивала, у соседей телевизоры ляснулись. И громоотвод у меня хороший стоит: я над безопасностью в первую очередь думал. Один раз, правда, туча прямо над домом нависла — думаю, надо бы все из розеток достать. За провод берусь — а напряжение прямо через изоляцию проходит! Видно, туча заряженная была… — вспоминает техник.

Другие деревенские интересов Антона Ивановича не разделяют. У них пристрастия попроще.

     — Я когда только начал антенну строить, говорю соседу: подключи и ты телевизор. А он отмахивается, мол, ему и одного канала достаточно. У них у всех один интерес — бутылка…

По профессии Антон Иванович — учитель музыки. Говорит, его всегда тянуло к творчеству, потому и пришлось заняться техникой.

   — Я еще в детстве что-то мастерил. Первое более или менее полезное из того, что сделал, — ветрогенератор. Свет нам только в 1964 году провели, а мне читать по вечерам хотелось. Повесил лампочку над печкой, ветряк на крышу вывел — и лежал себе, читал, когда ветер есть.

— Так всю жизнь и мастерю. Но специально никогда не выдумывал. Надо — сделал, — ведет по дому хозяин. — Вот пару лет назад Польша начала транслировать HD-каналы, так я антенну и перестроил. Пока в хорошем качестве только три канала идет, но больше там толкового ничего и нет, а появится — усовершенствую немного. Хотелось бы еще 4K словить, но пока не получается, а интернетом я не пользуюсь — скачать не могу, — делится 64-летний житель глубинки.

— У меня родители музыкальными были, я тоже музыку любил. Вот и подтолкнули меня в колледж поступить, а я и не сопротивлялся. Да и преподавать мне всегда нравилось. Сам я петь не люблю, зато интересно ребенка научить, а потом сидеть, слушать.

В молодости на гитарах играли в клубе, я примочки паял, усилители. Играли в основном зарубежное — да все, что по радио услышу. Когда играть перестали, примочки перепаял, еще что-то полезное сделал.

Своим самым полезным устройством мужчина считает лифт. Его он построил еще 37 лет назад, хотя с тех пор много раз переделывал. Говорит, пока ни разу не ломался.

— Этот дом строили мои родители. Когда надстраивали второй этаж, не учли, что нормальную лестницу тут никак не поставишь.

— И вот как-то я струну на гитаре натягивал, и у меня ассоциация появилась: можно же лифт по такому же принципу построить! Технология там простая, такая же, как и в городских лифтах, только выглядит мой попроще, — улыбается хозяин и нажимает кнопку вызова, которая выглядит как самый обычный дверной звонок.

Кабина из фанеры весит чуть больше 70 килограммов. Двери открываются вручную, при открытии внутри загорается свет. В кабине всего две кнопки: «Вверх» и «Вниз». На задней панели Антон Иванович установил аварийный выход, чтобы в случае поломки выбраться по стремянке. Тормозной механизм устанавливать не пришлось: лифт останавливается точно на этаже. Едет устройство медленнее заводских, но и спешить хозяину некуда: он уже два года как на пенсии.

Где-то в сарае мастера пылятся пресс для фруктов, старые примочки, запчасти, но сориентироваться в этом творческом беспорядке может только сам хозяин.

Недавно он обзавелся еще одной «игрушкой»: купил старенький Ford Escort. Чинить, конечно, пришлось тут же: возраст у автомобиля почетный.

— Покупал на рынке, выбирал что-то подешевле, решил, что починю. Сначала отвез к одному механику — тот поставил диагноз. Отвез к другому — он видит проблему в другом. В общем, веры им не осталось, решил, что сам попробую. Купил одну книжку, вторую, все изучил — и за пару недель все сделал. Теперь уже что-то соображаю, могу по мелочи починить.

У меня же знаний никаких нет, я чертежей не делаю, могу только в литературе что-то подсмотреть. Делаю я обычно долго: часто ошибаюсь, перенастраиваю, добавляю что-то, но погружаюсь с головой. Если начну делать — не ем, не сплю, не отдыхаю почти. Днями могу копаться, пока не закончу. Так что хорошо, что жизнь с техникой не связал. Здоровья бы уже никакого не было.

О переезде в город у Антона Ивановича и мыслей не было. Говорит, в городе жил всего пару месяцев. Ну, не прямо в городе…

— Я в армии в Москве служил. Вот вроде бы из части не выходишь даже, а все равно как-то некомфортно. А потом меня в другую часть перевели — под Польшу, в полную глушь. И там мне спокойно стало, хорошо как-то. Я еще тогда решил, что жить в деревне останусь. А сестра вот моя приедет в гости и, наоборот, на стенку лезет. Говорит, у нас тут тоска зеленая. Каждому свое.

Поделись с друзьями