«Требуют „убрать своих детей-уродов“, плюют на автомобили». Почему постсоветское общество так нетерпимо

Общество
+1
0
Поделись с друзьями

Второе апреля — день распространения информации о проблеме аутизма. Но нам, конечно же, не хватает информированности не только об аутизме, но и в целом обо всем, что касается проблем людей с инвалидностью. Казалось бы, отношение к ним должно быть бережным по умолчанию, как и эмпатия, понимание, желание помочь. Но почему-то в реальной жизни все оказывается совсем наоборот, пишет tut.by.

Даже не поднимая архивы, можно с легкостью вспомнить несколько кейсов, промелькнувших в новостной ленте буквально за последние несколько дней.

Например, в одном из дворов Москвы планировали организовать спортивную площадку для детей с синдромом Дауна, где они смогли бы развиваться не только физически, но и улучшать свои коммуникативные навыки. Однако жители близлежащих домов, узнав об этом, объединились с целью не допустить строительство.

Фото: Дарья Бурякина / Снимок носит иллюстративный характер

Более ста человек вышли на акцию протеста, опасаясь того, что родители детей с особенностями начнут занимать парковочные места, болельщики на трибунах будут шуметь, а площадка станет недоступной для детей без инвалидности. И это несмотря на то, что организаторы заверили: они будут занимать площадку не более двух часов в день, а в остальное время там смогут заниматься все желающие.

В итоге инициаторы всей этой доброй затеи не стали идти на конфликт и отказались от строительства в принципе. Подчеркнув при этом важность расположения подобной площадки именно во дворе жилых домов, чтобы дети с синдромом Дауна смогли интегрироваться в обычную жизнь. Ведь именно в этом и заключается инклюзия!

Снимок носит иллюстративный характер

А в Петербурге в это же время жильцы изо всех сил борются с родителями детей с инвалидностью, запрещая им парковаться рядом с центром «Физическая реабилитация». Директор центра рассказала о постоянных конфликтах, в ходе которых жильцы кричат, требуют «убрать своих детей-уродов», плюют на автомобили и даже бросают в них кирпичи.

Да чего на Россию смотреть: можно вспомнить о том, сколько громких скандалов вспыхнуло, когда в рамках программы «Безбарьерная среда» в жилых домах начали устанавливать пандусы. Сколько было крику: «Что вы тут нагородили!».

То есть мы не против инвалидов, но нам же неудобно!

Когда у нас в соседнем подъезде начали устанавливать такой же громоздкий пандус для инвалидной коляски, многие возмущались тому, что он проходит рядом с окнами некоторых квартир, из-за чего жильцы, во-первых, недополучат света, а во-вторых, вынуждены будут лицезреть «постоянно разъезжающую мимо их окон коляску». То есть на одной чаше весов «меньше света, неудобно и некрасиво», а на другой — целая человеческая жизнь в полной изоляции.

Выезжающую из этого подъезда инвалидную коляску я, к слову, пока ни разу и не видела. Потому что очевидно: инвалидность в наших реалиях — это не «постоянно разъезжающая мимо окон коляска».

Это редкие выходы из дома по делу, потому что ни наше городское пространство, ни наше общество никак не назовешь дружелюбным к людям с ограниченными возможностями.

Фото: Мирон Климович, TUT.BY
Фото: Мирон Климович, TUT.BY / Снимок носит иллюстративный характер

За всю жизнь я один раз видела в общественном транспорте человека в инвалидной коляске. Пассажиры смотрели мимо него, не зная, куда девать глаза, пока он неловко пытался выйти из автобуса. В конце концов он взглядом выхватил из толпы моего сына, сказал: «Парень, вытяни меня». С паникой в глазах и трясущимися руками мы вывезли этого мужчину из автобуса. Растерялись, да. Ну а откуда у нас этот навык? Помощи никто не предложил.

Недавно делала большое приуроченное к этому дню интервью с Татьяной Яковлевой — мамой ребенка с аутизмом и директором организации «Дети. Аутизм. Родители». Ранит ее рассказ об уровне нашей инклюзии, особенно на фоне европейских стран. Например, Татьяна рассказывала о своей поездке с сыном в Италию.

«Прямо после полета мы зашли в магазин — и началась другая жизнь, — рассказывает Татьяна. — Итальянцы могли взять моего сына за руку. А надо понимать, что ребенка с аутизмом не так просто взять за руку, у него могут быть свои сенсорные особенности. Но Илья чувствовал людей, чувствовал, что они готовы с ним общаться, дружить. Это совершенно другой, позитивный эмоциональный ракурс. И этой культуре нам нужно учиться. Именно эта внешняя социальная поддержка очень важна и родителю, и ребенку».

Фото: Michał Parzuchowski / Unsplash
Фото: Michał Parzuchowski / Unsplash

А вот что ждало Татьяну по возвращении в Минск:

«Из Рима мы вернулись как раз к 1 июня — ко Дню защиты детей. В одном из торговых центров у нас была запланирована акция, в рамках которой нужно было разместить фотопроект. Первое, с чем мы столкнулись: мне позвонили, я на пару минут отвлеклась и услышала, что кто-то на повышенных тонах разговаривает с моим сыном. Я поворачиваюсь и вижу, что охранник торгового центра силой стягивает его со скамейки. И говорит: „А почему он с ногами сюда залезает?“. А ребенок с аутизмом просто испугался и пытается снова залезть на скамейку. Он его снова стягивает. Я извинилась, говорю: „Дайте нам минутку, у меня ребенок с аутизмом, он сейчас успокоится, и мы слезем со скамейки“.

У меня внутри всё уже колотилось, я видела, в каком состоянии Илюха, и не понимала, как мы вернемся домой. Затем мы пошли на эскалатор, а сын в таком состоянии, что просто зависает на ступеньках. Есть такая особенность у людей с аутизмом: они ищут какую-то компенсацию, им нужно внимание на какой-то точке сосредоточить и расслабиться. А тут на весь торговый центр по громкоговорителю нам кричат: „Уберите ребенка от эскалатора!“. Я не знала, куда мне деться».

Здесь же можно вспомнить и Лиду Мониаву — директора российского детского хосписа «Дом с маяком», которая забрала из интерната домой мальчика Колю с тяжелой инвалидностью и начала жить с ним обычной жизнью. Кроме того, она постоянно пробивает важные инициативы для людей с ограниченными возможностями — и беспрестанно за всё это огребает. Если интересно немного вникнуть в проблему, можно подписаться на ее страничку в фейсбуке — многое станет понятно про уровень инклюзии на нашем постсоветском пространстве.

Да и о какой инклюзии можно говорить, когда в обществе по-прежнему существует негласное мнение, что все «не такие» должны жить в каком-то специально отведенном для этого месте?

Фото: pixabay
Фото: pixabay

А ведь мы совершенно не понимаем ни этих людей, ни их потребностей. Например, на днях с удивлением прочла интервью мамы девочки с ДЦП, запустившей бренд одежды для детей с инвалидностью. Оказывается, для людей с ограниченными возможностями есть специальная адаптационная одежда. У нее особый крой, рассчитанный на то, что у ребенка могут быть протезы или подключенные аппараты, а также расстегивающиеся боковые швы на брюках и футболках, вместо пуговиц — липучки и магниты.

Много ли у нас в Беларуси такой одежды? Попробуйте погуглить.

Единственное, что выгуглила я, — это историю о том, как детский хоспис в Гродно отшил пробную коллекцию одежды для тяжелобольных детей. Но их не пустили на Grodno Fashion Week из-за того, что модели одежды должны были демонстрировать дети с инвалидностью.

И правда: зачем привлекать детей с инвалидностью для демонстрации одежды, созданной для — сюрприз — детей с инвалидностью?

Или еще один вопрос на засыпку, который звучит регулярно: «Зачем инвалидам туалет, если они в памперсах?». А если этот памперс нужно срочно сменить, то делать это предлагается на скамейке в парке?

И таких вопросов без ответа миллион.

Под историей о детской площадке для детей с синдромом Дауна, о которой мы рассказали в начале, самым популярным комментарием стало мнение Екатерины Шульман, которая призвала прекратить шеймить граждан, объединившихся для защиты того, что им кажется общим интересом. «Не возмущаться надо, а разъяснительную работу проводить».

Кстати, громкую историю с открытием прачечной для бездомных, которую упомянула Шульман, я тоже помню очень хорошо. В теории все были согласны с тем, что бездомные тоже имеют права и что у них должна быть возможность где-то помыться и постирать свои вещи. Но как только дело дошло до выбора конкретного места, начался протест: «Ооо, только не возле нас!».

Окей, если на тему бездомных можно придумать стереотипные аргументы — мол, они и пахнут, и пьют, и воруют — и с натяжкой обосновать желание не видеть их рядом с собой… Кому, как и чем могут помешать дети с аутизмом или синдромом Дауна? И стоит ли искать этому оправдания или лучше взглянуть в зеркало — и не других, а себя самого увидеть без прикрас?
TUT.BY

Следите за нами в Telegram , Viber и Яндекс Дзен
Знаете новость? Пишите в наш Telegram-бот. @new_grodno_bot

2 комментариев “«Требуют „убрать своих детей-уродов“, плюют на автомобили». Почему постсоветское общество так нетерпимо”

Добавить комментарий

Close