Известный гродненский бариста рассказал о смайлдиках, чаевых и о том, как для горожан варят кофе

Общество
+2
-2
Поделись с друзьями

Вы точно знаете Алексея. Для многих он наверняка даже варил кофе, а если вы знаете его достаточно близко, то даже рисовал что-нибудь интереснее «тюльпана» или «лебедя» на сливочной пенке в чашке.

Алексей MakFarlan: «От этого улыбка появляется у обоих!». Про смайлдики, чаевые и как для гродненцев варят кофе

Поэтому и в ZIMMES не захотели пройти мимо. Интервью получилось длинным, но искренним и что для нас особенно важно – без правок по тексту (ну, разве что орфографию проверили, как могли).

Кофе – это про эмоции, искренность и тепло человеческого общения, а еще про правила выбора зерен, и смайлдики от бариста.

– Когда ты говоришь о кофе – в интервью или просто в беседе – эмоционально даже возникают совершенно другие краски. Чувствуется, что для тебя это очень близкая тема и ты получаешь удовольствие от того, что делаешь. Это действительно такая сильная любовь к кофе?

– Я думаю, что здесь всего понемножку. Это, как очень искренняя любовь. Я не знаю, как правильно описать какими-то конкретными словами. Когда вот ты чувствуешь, что ты как-то можешь сделать кому-то что-то приятное, передать это через кофе и вложить максимум, скажем так, своих каких-то эмоций в это, чтобы поделиться этим с человеком, и чтобы он насладился и прочувствовал это вместе с тобой, то… Ну, это круто. Как-то непередаваемо! От этого улыбка на лице появляется у обоих – и у того, кто готовит, и у того, кто употребляет.

– То есть, ты не просто готовишь каждому чашку. Для незнакомца своя будет своя чашка, для меня своя, для третьего кого-то своя?

– Я могу сказать точно, что я для всех всегда стараюсь готовить на пределе собственных возможностей, максимально сделать вкусно, но в индивидуальном порядке. Может быть, вот, как рисуночки на кофе – для каждого они могут быть разные; тем более для друзей, близких людей, тех, кого ты, скажем так, немного лучше знаешь.

Где-то, может быть, что-то со стёбом, где-то что-то приятное. Когда ты видишь, что у человека такое себе настроение и ты ему цветок рисуешь и просто он такой сразу: «Класс!», и просто как воспрянул душой…

Приятно даже как-то наблюдать за этой сменой эмоций, которые можно одной чашкой, скажем, создать. И вот именно в этом плане у меня такой не то, чтобы индивидуальный к каждому подход, но это, не стану врать, зависит периодически даже от моего собственного настроения. Потому что иногда ты сам в каком-то нейтральном настроении или там висишь в своих мыслях, и ты делаешь все хорошо, но, возможно, можно было бы и чуть лучше. Хотя это тоже, может, мои загоны. (улыбается – прим.)

Не знаю, просто хочется сделать лучше, сделать красивее. Тут надо еще одну деталь понимать, как на всякой работе: со временем, наверное, как у меня, например, на протяжении чуть больше пяти лет, что я занимаюсь кофе только «Каве», притупляются, наверное, у самого какие-то эмоции, и ты хочешь сделать больше и лучше, но понимаешь, что как-то чего-то вот не хватает, внутреннего двигателя.

Может быть, то, что у нас маленькое комьюнити: мы за последний год как минимум ничего такого яркого сами не делали: не давали какие-то дегустации новые, не посещали мастер-классы в Минске, какие-то семинары, лекции. То есть всегда после такого еще, когда посещаешь какие-то мероприятия такого рода, находишь что-то в них новое, полезное, то, что можно применить. Естественно, приезжаешь весь такой на эмоциях, весь воодушевленный и передаешь это опять же дальше. То есть сам гореть начинаешь, сам впитал это и отдаешь сразу же, чтоб все прочувствовали и кайфанули.

– Подустал получается?

– Я думаю, что на данном этапе это скорее всего Covid, то, что происходит в стране, вот эта больше усталость. Потому что она перебивает желание как-то, наверное, стремление. Точнее, не перебивает, а нет возможности. Я точно могу сказать, что мне не хватает общения именно вот с профессионалами своего дела. Не достает новых лекций, новых мыслей, новых идей, чтоб вот как-то изнутри меня опять зажечь, чтобы во мне это загорелось. Вот этого мало.

ПЕРЕЛОМНЫЙ МОМЕНТ: ОТ АЛЕКСЕЯ-РЕСТАВРАТОРА ДО БАРИСТЫ И ЛАТТЕ-АРТА

– А если вернуться, например, к твоему детству. Представим, что Леше сейчас 12. Кем он тогда хотел стать? Бариста? Тогда еще профессии такой в РБ не было. Я прочитал в одном интервью, что ты учился на реставратора

– Да, «Реставрация лепных изделий и облицовка» у меня там была.

– Это все равно, что из медицины уйти в строители дорог.

– Не знаю, что было переломным моментом. Но явно событие, которое позволило сделать какой-то определенный шаг в моей, скажем так, кофейной жизни. Вообще, это так странно было, как я пришел в целом в общепит. Но появилась возможность съездить в Минск на одну лекцию, которая проводилась в закрытом формате, и ее Роман Кантола (Руководитель тренинг-центра Петербургского Института кофе и чая, преподаватель Петербургской Барменской Ассоциации. Член Европейской Ассоциации Спешиелти кофе проводил, очень интересный чувак, который очень много шарит в кофе, россиянин.

И вот, он приехал, и собралась группа людей на закрытом формате на лекцию, и он нам немножко рассказал, скажем так, свое видение о том, что такое кофе, что такое «спешелти» кофе, как с ним работать, как работать с молоком, как можно применять разные техники для создания рисунка. И вот в момент – во мне что-то загорелось. Лекция была, ну, часа 2-3, плюс час практики, кто хотел, мог попробовать свои навыки.

У меня они были, но, глядя назад, я понимаю, насколько они были слабые. Но было интересно, было круто, как он это преподносил: все очень эмоционально, видно было, что у человека это исходит от души и, наверное, в тот момент и произошла какая-то магия, любовь к профессии.

– Что-то тебя зацепило тогда? Ты же не был напрямую связан с этой сферой.

– Архитектура всегда как-то привлекала сама по себе. Поэтому и профессия была выбрана, но, я думаю, в том возрасте я еще не осознанно подходил, тем более, грубо говоря, стать бариста или пойти реставратором не было такой возможности.

Реально про бариста еще никто не знал тогда вообще, что это будет такого формата. И, наверное, решающее значение имели все-таки люди, которые рассказывали про кофе, как они любили свое дело. Скорее всего, люди и зацепили. Потому что ты понимаешь, насколько можно во что-то влюбиться настолько сильно, чтобы так этим гореть. Дальше просто приехали после лекции, пробовали делать то, что запомнили и записали.

– Ты уже был в «Нашей Каве» на тот момент?

– Это еще даже не в «Каве» было. После того, когда мы съездили на лекцию, вернулись, поработали немножко, и потом Дима говорит: «Хочу кофейню в Гродно. Давно хочу, и вот я уже готов, поэтому если ты разделяешь со мной, скажем так, идею, то welcome в Гродно, и будем давать это больше в массы, то что мы знаем».

– Ты сам не из Гродно?

– Нет. Родился в Минске. Тоже какое-то время там пожил, потом мы уехали в Столбцы. Там длинная история. И в итоге оказался в Гродно.

– Первую чашку помнишь, которую приготовил в «Каве»?

– Да, помню. У меня руки тряслись очень сильно. Как-то страшно было, но страшно было, наверное, сделать хуже, чем ты бы мог сделать. Нервы всегда мешают в этом плане, потому что мозг понимает, что все хорошо, все в порядке, а руки не слушаются. Но со временем, с практикой это все очень быстро устаканилось, тем более ребята всегда тоже помогали, и я не прям с самого открытия был. Никита с Димой начали чуть раньше, я где-то на 2 месяца позже приехал. Вот поэтому они уже более-менее, скажем, прочухали территорию, а я, как новенький такой, мне еще было сложновато, но быстро влился.

– Ты уже для многих ассоциируешься с кофе в Гродно, как бы то ни было.

– На данный момент люди пишут, узнают, есть ли какие-то курсы, как можно подучиться.

– Ты не думал о том, чтобы развивать культуру кофе в Гродно шире или обучать тех, кто хочет научиться. То есть не просто урок или два, а именно учить стать бариста?

– Тут правильнее сказать, что, во-первых, с точки зрения преподавания, я если и мог бы какие-то курсы проводить, то это «лэтарт». Потому что в остальном я, да, знаю о кофе много, но мне не хватит квалификации так, чтобы преподавать курсы эспрессо, например. Там есть очень много тонкостей, деталей, и для того, чтобы учить у тебя тоже должна быть какая-то, условно, корочка преподавателя. Есть такая кофейная организация, которая дает документ о том, что ты можешь учить других. Можно делать такие любительские семинары или курсы по «лэтарту».

– Спрос был бы?

– Я думаю, да. Но пока, наверное, небольшой. Вдобавок, сложность найти помещение, поставить туда оборудование, ради того, чтобы сделать 1-2 курса – это затратно больше. Но всегда мысль эта крутится в голове, просто хочется ее реализовать с меньшими затратами и с большей востребованностью.

КОРНИ ШОТЛАНДСКИХ ГОРЦЕВ. ПОЧЕМУ MakFarlan?

– Чуть-чуть переведу в другую тему. Кто такой MakFarlan? Я вообще сначала думал, что это твоя настоящая фамилия. У Димы спрашивали почему, он говорит, что не знает. Это с кофе связано или просто придумано?

– Нет. Это, знаешь, раньше, когда только-только появились какие-то сайты знакомств, e-mail, где тебе надо было регистрироваться и что-то придумывать, на заре интернета. Естественно, у меня не было какой-то идеи со старта makfarlan, нужно было интересное имя. Было Алексей, дата рождения, и ты такой: «Это уже фигня какая-то. Надо с этим что-то делать, немножко покреативить. Не помню подробности, но я точно помню, что я начал что-то гуглить типа фамилии шотландцев, ирландцев…

– Кровь горцев заговорила?

– Возможно. (смеется – прим.) Мне просто было интересно что-нибудь, чего нет среди моих друзей по крайней мере. На тот момент не то, чтобы выделиться хотелось А так, чтобы просто креативненько было, чтобы не вызывающе и чтобы не было этих заезженных ников – «Алексей и дата рождения». А позже, когда ты уже начинаешь работать с людьми, они говорят: «Оставьте, пожалуйста, свой e-mail, мы отправим вам прайс». И в этот момент ты такой: «Блин! Надо уже его точно поменять». И я решил поменять, погуглил. И просто понравилось – makfarlan. Это ни к чему не привязано, то есть вот просто «Свобода», мне нравится.

Кстати, наше примечание. Клан Мак-Фарланов (англ. MacFarlane) существует н самом деле. Это один из кланов горной части Шотландии. Мак-Фарланы считают, что ведут свой род от одной из ветвей династии графов Ленноксов. И ребята были весьма серьезные: они всем кланом принимали участие во многих войнах, в т.ч. Мак-Фарланы сражались за независимость Шотландии.

– В честь известного шотландца.

– Звучит хорошо, ну и мне нравится – Алексей Макфарлан, ну, и нормально, псевдонимчик хороший. Хотя мне и нравится моя настоящая фамилия – Небышинец. Красивая очень, но так уже повелось – псевдоним чуть прижился и мне вправду люди говорят: «Это твоя настоящая фамилия?» и я такой: «А как ты думаешь?» – «Думаю, нет». «Правильно, интуиция помогает». Потому что в целом для наших широт такая фамилия это было бы не то, чтобы странно, а какие-то корни, может быть, переходящие. Мэл Гибсон, «Храброе сердце», вот эта вся синяя раскраска.

«МАЛО В ГОРОДЕ СУЩЕСТВУЕТ ПОНИМАНИЯ, ЧТО ЭТО ГЛУБОКАЯ ТЕМА».

– Ты помнишь, когда кофе стало важной частью твоей жизни? Не просто тебе нравилось его пить, а «Кава» стала не просто подработкой, а вот прямо работой основной.

– Я не могу выделить, опять же, какое-то конкретное время. Много действий, в том плане, что много было моментов, которые, сложив в один большой шарик воспоминаний или новых эмоций, которые мне подарила «Кава» и вот это все случилось. Наверное, здесь и заключается, что ты это любишь, и это все важно: каждая деталь, каждое событие, каждое действие, когда оно в целом создает общую картину и атмосферу жизни. То есть, вроде бы незаметно, потихоньку так накапливается, появляется что-то новое, тоже закладывается сюда же и это вот в один момент – все, сформировалось в одно целое. Я просто точно знаю, что хочу заниматься кофе.

– Сейчас Леша Макфарлан и кофе – это прям вот знак равно можно ставить?

– Да, смело. Хоть хочется всегда быть лучше. Не знаю, наверное, загруженности мне не хватает. Мне хочется как-то больше узнавать, чуть лучше что-то делать.

– Где ты сейчас варишь кофе? В «Справе», в «Нашей каве»? Тебя можно встретить в разных местах. И непонятно, ты там просто пьешь чашечку или работаешь.

– Конкретно за стойкой я сейчас меньше стал работать. Это зависит только, если надо кого-то заменить: тогда ты выходишь проработать, плюс я работают «Справе», в «Каве». В чем заключается суть моей работы – ты приходишь, выпиваешь чашечку, помогаешь ребятам, ну, скажем так, отколиброваться, вдруг что-то немножко тебе не нравится или ребята говорят, что сегодня что-то не то, ты помогаешь им подстроить эспрессо, если надо работаешь вместо кого-то. Просто сейчас больше организационными моментами занимаюсь, то есть именно ребятам дать какую-то информацию, поехать с кем-то договор заключить, в общем, не за стойкой, больше организационные дела.

СКОЛЬКО ЗАРАБАТЫВАЮТ БАРИСТА И ГДЕ САМЫЕ БОЛЬШИЕ ЧАЕВЫЕ

– Кофейный консалтинг по сути. Ты уже как бы на авторитетной позиции. Исходя из этого, сколько зарабатывает бариста в Гродно? То есть, это больше подработка для студентов или есть, куда дальше развиваться?

– Для сторонних людей это выглядит больше именно, как подработка: и никто не уделяет, это мое личное мнение, как правильно сказать, что ты не просто делаешь кофе. Люди приходят и такие: «Что там кофе сделать: сейчас кофе поварим, денек отсиделся, пошел домой».

Мне кажется, мало в городе существует понимания, что, правда, это очень глубокая тема, это очень интересно и ты всегда для себя можешь что-то новое находить, не говоря о том, что ты можешь это людям дать. Здесь больше есть темы развития, чем принято считать. В целом, в будущем, я думаю, что это хороший опыт для тех, кто действительно погрузился в эту индустрию. В любом случае, это какая-то ступенька.

Есть хорошие истории. Тут как-то Лешка у нас работал: и кофейню открыл, и занимается тем, что любит. Возможно, мы где-то повлияли на его мировоззрение на кофе, ну, это круто, что сфера расширяется, больше людей узнает, больше понимает, что такое кофе, то есть что это не «lavazza» только, что кофе может быть разным: сладкий, горький, кислотный, что, в зависимости от способа обработки, будет меняться вкус чашки. Тебе, как работнику, хочется всегда сделать так, чтобы гостю было приятно, естественно, тем временем ты сам получаешь тоже максимальное удовольствие.

– Сейчас цинично спрошу, я смогу заработать на свою кофейню? Положим, мне 17 лет и я пришел баристой?

– Я вот не могу однозначно ответить. В целом, думаю, что да. Но для этого придется ограничить себя в чем-то. Например, в вечеринках, в тусовках или еще в чем-то. У каждой системы есть свои какие-то выработанные принципы премирования или ещё что-то…

– Какой ценник по Гродно в месяц у бариста?

– Не задавался этим вопросом, но предполагаю, что это где-то в районе 500 рублей. Это оклад, который они точно получают, плюс, как принято в кофейнях, делается какая-то определенная выручка и, возможно, от нее какой-то процент уходит ребятам. Работаем хорошо, работы много, тяжело, но есть финансовый стимул.

– В прошлый раз ты в интервью назвал 460 р.

– Ну, это среднее; так и осталось, к сожалению. Зарплата не растет не потому, что, не знаю, как сказать. Просто работа не может позволить: маленькая кофейня плюс минус может выдавать себе именно оклад больше. В том смысле, что кто-то и может, но за счет системы каких-то премирований.

То есть, потому что если есть какая-то выручка, значит на этой выручке все и зарабатывают. Это и людей стимулирует, и руководство стимулирует работать, и руководство дает возможность вам заработать.

– Где в Гродно самые большие чаевые? По логике, где самые большие чаевые – там и самый вкусный кофе.

– Нет, так это, наверное, не работает. Думаю, самые большие чаевые, скорее всего, это «Кронон» («Кровно парк Отель – прим.»), в ресторанах всегда больше чаевые.

– А из кафе?

– Мы все в одной плоскости. Можно хорошо заработать чаевыми, потому что, когда мы работали сами за стойкой, то чувствуется, когда люди больше оставляют. Ты им уделяешь больше внимания, еще что-то и за то, что они чувствуют, что к ним относишься хорошо, то есть с улыбкой встречаешь, разговариваешь. Но это, опять же, не прям много, потому что кофе стоит, скажем так, 3 рубля, и каких-то больших чаевых ты не заработаешь, но в целом с 3 рублей пускай оставят 10 копеек, и со 100 чашек вот у тебя уже 10 рублей лишних уже в кармане.

– Сколько за день ты своих личных чашек готовил?

– По-разному, бывало и много. Например, на Фестивале национальных культур, который проходил летом, бывало там 400 чашек, мы вчетвером работали.

– Это много литров?

– Это очень много литров! Это много взбитого молока, это руки, которые устают, потому что, казалось бы, ты постоянно держишь какой-то вес, постоянно должен концентрироваться на этом, сложновато.

НИКОГО НЕ ОБИДЕТЬ БЫ. ГДЕ В ГРОДНО САМЫЙ ВКУСНЫЙ КОФЕ?

– Вот так честно, без рекламы, без всего остального, со всем уважением к тем местам, где работаешь

– На сегодняшний день, по моему мнению, самый вкусный кофе – это вот ребята варят свежую обжарку, знают, что такое «спешелти», и хотят именно продвигать, давать это людям, это мы: «Кава», «Проходная», «Крепкий черный», я не знаю, кто еще….

– Ты всех своих друзей называешь.

– На данный момент да, мы все друзья. Вот у Никиты («Проходная» – прим.) немножечко другое зерно он варит: не «сингл стэп», тоже вкусно, потому что ребята понимают, что они варят, готовят хорошо, это классно. В моем понимании сейчас, когда ты открываешь кофейню, ты должен очень много знать, потому что этот рынок расширился у нас очень сильно.

Сейчас просто для того, чтобы открыть кофейню с обычным кофе это уже не то, чтобы никому не интересно, это как-то грустно и, наверное, потребители, которые уже познакомились с каким-то широким форматом кофе, они не будут воспринимать эту кофейню как кофейню. Сегодня это уже место, где ты приходишь и все, как всегда – вкусный кофе, веселые ребята, которые могут тебе рассказать, показать, откуда, где взяли, как-то так. «CoffeeShop» кстати еще тоже. Там Саша варит что-то вкусное.

– Твой личный круг. Топ-5 мест в Гродно, куда идти за вкусным кофе? По пальцам: раз, два, три?

– Из перечисленных, что я сказал… Это «Наша Кава», «Справа», «Проходная», «Крепкий черный», «CoffeeShop» пускай будет. Если честно, словил себя на мысли, что я мало, куда хожу. Только на работу. И крутишься только в этих квадратах, потому что, то там что-то сделал, то там что-то и времени остается только, чтобы пойти в бар и немножко повеселиться.

«ХАЛВИЧНЫЙ РАФ», РОЗОВЫЙ КОФЕ И МАТЧА. КТО ВСЕ ЭТО ПОКУПАЕТ?

– Твое личное отношение к «рафу», «халвичному рафу», к розовому кофе, к матча. То есть ко всем таким более выпендрежным кофейным напиткам.

– Нет, это правда публика любит. Для кого-то эспрессо сложно пить, потому что кто-то считает его очень концентрированным. Не то, чтобы не воспринимают, но, возможно, если бы человек захотел развивать и как-то почувствовать, поразбираться в том, что он чувствует, возможно, со временем было бы иначе. По крайней мере, как у меня это было: естественно, я со старта тоже не пил эспрессо, потому что для меня это было и как-то крепко, и горько. На тот момент я пил не самый вкусный кофе, но со временем начинаешь в этом разбираться, понимать все чуть-чуть лучше, вкусовые рецепторы работают глубже и ты разбираешься. А касательно именно кофейных напитков…

Даже тот капучино или латте если разделить, казалось бы, количество молока, пускай даже 100 мл – они могут решить вкус. То есть, латте – это больше молочный, ты его пьешь, как почти молоко теплое с кофе, а капучино – наоборот, кофе с молоком, более крепкий, с выраженным вкусом именно кофейным.

– Что гродненцы заказывают чаще? Например, девушки, что парни?

– Вот сейчас, когда я не работаю за стойкой, мне сложно ответить конкретно, но в среднем все равно парни стараются либо черный кофе либо, если вот уже тяжело пить черный, то берут с молоком. Девочки больше латте, такие рафчики с сиропом, что-то послаще, кремовее.

– Иногда приходят мужчины со своими дамами, и спрашивают у девушки: «Что ты будешь?» – она говорит: «Латте». Он такой: «Мне тоже».

– Ахахаха, да. Это так работает.

«ЗА 8 МИНУТ ТЫ ДОЛЖЕН ПРОЯВИТЬ СЕБЯ В ОДНОЙ ЧАШКЕ». ПРО КОФЕЙНЫЕ ЧЕМПИОНАТЫ

– Скажи, что происходит на таких чемпионатах?

– Нервы (смеется). Нервы, потные ладошки и очень много мыслей о том, что любое твое движение может сказаться плохо на результате. Но, наверное, благодаря пониманию этого, ты стараешься сделать все очень хорошо. Но вообще, это круто. Помогает перебороть себя, потому что ты, естественно, готовишься, нервничаешь, постоянно думаешь про это, но практика, которую ты получаешь до подготовки, невероятная. У тебя было буквально 8 минут и все. 8 минут, за которые ты должен себя проявить в одной чашке.

– Что вы там делаете? Есть чемпионаты по плаванию, по бегу, по дартсу даже, по картингу, бильярду, а тут я не могу понять. Рисуете на время? Как определяют? Тонкая линия должна получиться или накосячил – она огромная просто, и ты вылетел.

– Смотри. Получается, на чемпионате 8 минут дается. В эти восемь минут ты должен: приготовить шесть чашек всего. По парам чашки разбиваются, то есть три пары получается. Ты заранее готовишь свои рисунки, которые отточил, «отпрактиковал». Вот приходишь непосредственно, зарегистрировался на чемпионат и у нас есть 2 судей, которые оценивают визуальный вид, это касательно «латэарт». То есть мы не оцениваем ни вкус, ни качество приготовленного кофе, а именно только то, что видим глазами.

Есть один главный судья и еще два технических. Последние смотрят за твоей техникой приготовления: насколько ты аккуратен, честен, допускаешь ли ты какие-то ошибки именно в приготовлении, и так далее и тому подобное. И вот у нас есть 8 минут, за это время надо приготовить 6 чашек, и ты кладешь на стол фотографии того, что будешь готовить для судей. Каждый судья по сравнению с твоей фотографией оценивает, насколько рисунок симметричен, насколько он гармоничен в чашке, насколько ручка, скажем так, в правильном положении к рисунку стоит. То есть визуальная оценка пены происходит, глянцевая или рыхловатая с мелкими пузырьками.

Вот, наверное, еще такой важный для меня момент, может, не для всех он важный, но любое твое движение, вот рука дернулась, и все, и ты испортил рисунок и у тебя второго шанса уже не будет.

– Там нельзя переписывать, добавить чуть больше пены, я не знаю…

– Нет. Если ты испортил уже один рисунок, то, к сожалению, второго шанса уже не будет. Это очень дисциплинирует, неоднократно ты делаешь все на тренировках до того, как выйти, чтобы представлял, как действовать, если ты запаниковал, потому что время тебе объявляют сколько осталось и в этот момент тебя еще больше паника берет, потому что: «Блин! Я не успеваю!». Начинаешь торопиться, из-за скорости можешь где-то быстро что-то влить или недолить, и из-за этого в конечном итоге получается, что что-то пошло не так. С такими чемпионатами ты двигаешься в мастерстве дальше, плюс, возможность посмотреть, как другие ребята выступают, может, перенять у них какие-то фишечки, подсмотреть, или просто перенять у них рисунки для того, чтобы прийти к себе в кофейню.

«ВОТ ТЕБЕ, ДЕРЖИ!». ПРО ДЕЛЬФИНЧИКОВ И СМАЙЛДИКИ НА ПЕНКЕ

– Сегодня твой рисовательный скилл по кофе какой? Что ты умеешь рисовать?

– Енот, лебедь, дельфинчик какой-нибудь на пляже, бык, которого рисовал Степа на чемпионате, тюльпанчик. Их на самом деле много, тем более, когда мы рисуем при помощи «этчинга» – это, когда палочкой помогаем что-то нарисовать, здесь круг того, что можно изобразить, увеличивается в разы.

– Для друзей есть особые рисунки? Я знаю что некоторым ты так поднимаешь настроение.

– Да, есть такое. Для друзей, для настроения, есть фишечка, это, как правильно сказать, чтобы не грубо прозвучало, ну прям для очень хороших друзей можно нарисовать «смайлДик». Такой типа: «Вот тебе, держи, ты вчера со мной на пиво не пошел, на тебе в отместочку». Но это как бы весело, поднимает настроение, хотя я как-то нарисовал в качестве тренировочки для себя и, когда начал пить, у меня такое, чуть-чуть неприятно было, не знаю почему, не тот вкус (смеется), думаю. Неужели рисунок влияет на эмоциональное мое восприятие того, что я буду сейчас пить? Но я правда начал осторожнее рисовать. Даже если я друзьям и нарисую такое, но, может быть, этот кофе я им не дам выпить (смеется) – покажу им, типа, «Вот, это тебе», но переделаю в лебедя, чтобы было приятнее пить.

ПРО КОФЕЙНУЮ ИНДУСТРИЮ ГРОДНО И ЗАВЕДЕНИЯ В СПАЛЬНИКАХ

– Я только сейчас понял, что мы 10 минут уже говорим о дикпиках на кофе. Если кардинально уходить от темы, что сегодня, на твой взгляд, представляет собой кофейная сфера в Гродно? Что-то меняется? Потому что казалось, когда включили безвизовый режим, прям такой бум произошел – появилась Мостовая, появилась Джезва, появились десятки других заведений, леток тех же стало больше.

– Вот! Про «Джезву» в топе забыл упомянуть. Думаю, мы можем их включить в список топ-6 . Видишь, тяжело вспоминать, потому что крутишься вокруг своей оси и забываешь, что ребята очень стараются, много делают, и турочку варят, молодцы.

Мое мнение: мы идем в нужном направлении, но опять же, с учетом того, что на данном этапе происходит в стране – пандемия, политика, это все – очень сложно все стало и никому не дает развиваться нормальными темпами. Тем более очень много людей, которые хотели бы попробовать открыть бизнес, хотели бы сделать что-то, ресторан какой-нибудь вкусный либо кофейню с интересным кофе, они понимают, что на данном этапе, наверное, эти вложения сомнительными, непонятно, что будет с этим бизнесом, поэтому пока мы приостановились, я думаю. Но был хороший скачок по крайней мере по кофейням. У нас теперь хватает кофеен в городе, и, я думаю, что скорее всего еще у кого-то в планах есть и это круто. Хотелось бы, чтобы в городе больше по еде ударились, потому что уже и винные места начали появляться, хотя и с едой в целом мы тоже чуть лучше стали и «Поляна» появилась, которая делает очень крутые бургеры.

– Мы говорим с тобой про центр, говорим о кафе, говорим о ресторанах, а что в спальниках происходит? Условно такой формат, как в Минске сейчас в Новой Боровой, когда вроде и спальник, но и кафе стильные есть.

– Да, это круто. Это очень хорошая идея, и она тоже у нас постоянно крутится, но есть опасность того, что, например, в Минске спальники побольше, у нас будет ли это настолько востребовано.

– На Ольшанке живет около 30 000 человек.

– Я к тому, будет ли это востребовано. Потому что даже в спальниках, допустим, у тебя через квартал твой дом и ты не пойдешь утром перед работой за кофем, потому что, я думаю, обычно все встают тютелька-в-тютельку, так, чтобы успеть ровненько на работу приехать без одной минутки. А вставать на полчаса раньше для того, чтобы заехать за кофе к нам если человек работает в центре, то он может по дороге заехать. Но сам факт, например, для людей, которые гуляют, для прогулок, в спальниках – это хорошая идея. Но надо считать рентабельность, ведь тебе еще зарплату платить, и налоги, то есть это должен быть не то, чтобы большой поток людей, но хоть какой-то должен быть. То есть три человека, которые будут ходить пить кофе каждое утро не смогут продлить жизнь такой кофейни.

– Кофейни в спальниках – они только про бизнес или еще и про изменения самого микрорайона и людей, которые там живут? Их вкусов, стиля, новых привычек. Условно говоря, там откроется не табакерка, а кафе с десертами, с какими-то интересными вещами. То есть уже чуть-чуть другая функция, больше в части урбанистики.

– Это правда круто, но как по мне, мое личное мнение, люди у нас боятся принимать новое, то есть даже это я могу сказать по «Каве». Мы какое-то очень долгое время разжевывали, показывали, давали пробовать, почему это вкусно, объясняли, в чем отличие, как бы во вкусе, в запахе, в цвете, как это на тебе сказывается.

Так же и здесь, это очень круто, но мне кажется, ты смотришь итальянские фильмы и так круто, когда какие-то кафешки есть локальные на своем райончике, но у нас мало людей осталось, которые открыты к чему-то такому яркому. У нас даже сложно будет принимать этот формат людям, которые ходят на работу, а после работы сразу домой через магазин и все остальное время проводят квартире.

– Добивая эту тему. Если в Гродно вдруг придет Starbucks, еще какие-нибудь такие франшизы, это ударит по местным кафе или, наоборот, хорошо?

– По нам это не ударит. Не могу сказать, будет ли хорошо или плохо. Опять же мое мнение, Starbucks хорошим кофе вряд ли назовешь, но они смогли показать всем, что кофе – это для употребления и необязательно его дома заваривать, и что в таких местах его могут сделать по-другому, вкуснее, ярче.

Как сама франшиза она хорошая, но именно качество продукта, которое они выдают, не очень. Хотя вот идея со стаканчиками с именами тоже прикольная, она притягивает людей, и, скажем так, если он у нас и откроется, мне кажется, в целом он будет не то, чтобы популярен, но в него будут ходить люди, потому что это очень хорошо распиаренный бренд, как, я не знаю, для девочек «Pandora», и все хотят ее. То же самое и в Starbucks – открылся, надо сходить.

НАШЕ КОМЬЮНИТИ: КТО ХОДИТ В ГРОДНЕНСКИЕ КАФЕ И ЧТО ТАМ С МОСТОВОЙ

– Ты начал говорить о людях, которые ходит в кафе. Как ты можешь характеризовать гродненское комьюнити, кто заходит в «Справу», «Каву».

– Крутые ребята, все как один смеется).( Да, именно так. Тем более «Справа» вот сейчас правда собирает очень, так скажем, новых ребят. В плане именно молодую публику, назову ее так, а «Кава» уже как достопримечательность в городе, то есть, кто рядом, всегда заедет в «Каву» кофе выпить, ну, и туда та публика ходит, которая уже привязана, с которой мы так подробнее общаемся, которая уже переросла в ранг друзей. Опять же, приятно, когда туристы приходят, которых не привели экскурсоводы за ручку, а которые пришли такие: «Ой, мы про вас знаем, вы крутые ребята, вы молодцы.

Мы к вам приехали, то есть мы приехали в Гродно, и вот в первую очередь к вам на кофе сразу пришли». Это очень приятно, что то, что ты делаешь так работает, что даже вне Беларуси и внутри знают. Опять же, это все молодёжь, хотя в последнее время я могу сказать, что люди в возрасте частенько ходят. Это круто, потому что, вернемся к фильмам про Италию, где бабушка с дедушкой идут и тоже могут зайти в кафе. У нас раньше это была редкость, теперь больше этого, это приятно. Здорово, что люди так начинают больше гулять, наслаждаться именно жизнью, потому что это же все в конечном итоге наслаждение и надо принимать его и радоваться этому. И мне просто круто за этим наблюдать.

– Вот эти события, развлекательные проекты, которые происходят между Мостовой и Замковой, как тебе этот движ?

– Как по мне, для города очень важный фактор. У нас было очень много планов на это лето. Потихоньку что-то реализуется. Хочется, чтобы у нас центр был живой, чтобы он был свободный в плане проектов, интересных и комфортных действий: вот здесь танцы, здесь пивко, здесь, если хочешь, покушать, здесь более спокойная музыка играет, то есть для реализации мы все вместе должны как-то это поддерживать, создавать.

Думаю, все должны как-то потихоньку вкладываться, если мы говорим про одну какую-то большую масштабную вечеринку, а так в целом задача у каждого своя: как у диджеев сделать хорошую вечеринку, так и у нас – сварить вкусный кофе, но при этом важно в этом всем, чтобы люди не теряли на данном этапе надежды, веры, что все будет круто, продолжали делать то, что они любят и то, что они считают необходимым.

ПОЧЕМУ В РАЙЦЕНТРАХ НЕТ СВОЕЙ «КАВЫ»

– Как думаешь, «Справа»/«Наша Кава»/«Джезва» может появиться в Лиде или Новогрудке?

– Думаю, не найдет это там отклик. Во-первых, молодёжь уезжает, даже из Гродно сейчас сколько поуезжало талантливых ребят, которые интересные, в каком-то своем направлении двигаются, с которыми всегда приятно пообщаться. И если мы говорим про Гродно, и отсюда уезжают, то если переходить в такие вот районные центры, то в ближайшей перспективе, мне кажется, это очень сложно. Хотя я знаю ребят, которые в Новогрудке открыли кофейню, и у них, вроде бы, все хорошо. Они нашли свою публику и потихоньку развиваются, значит все хорошо.

КАК КОФЕ МЕНЯЕТ БЕЛОРУСОВ И ЧТО ТАКОЕ «КИСЛОТНЕНЬКИЙ»

– Что приносит кофе и что это для тебя мы уже выяснили. Как вышло, что в некофейной Беларуси кофе стал ежедневным ритуалом? Что он приносит посетителям кофеен?

– Эмоции! Эмоции, определенно. Эмоции могут быть и от вкуса, и от рисунка. Поэтому эмоции, я думаю, самая важная часть того, что приносит кофе. Это если в общем говорить. А вообще, конечно, в будущем хотелось бы расширяться как-то.

– До масштаба плантации?

– Как вариант. Купить домик и уехать заниматься плантацией.

– Ты сам сейчас подставился: где можно купить хороший кофе? В магазинах есть? Давай буду называть, заблочат нас или нет по брендам, попробуем: я называю кофе, ты говоришь брать или не брать.

– Tchibo.

– Давай я сразу тебя перебью. Это все очень, скажем так, темнообжаренный кофе. Есть любители, но мы вот, например, продаем свежеобжаренный кофеечек: он есть у нас, как и для эспрессо машины, так и для фильтра, когда можно в чашечку просто залить горячую воду, или воронку себе сварить, если у тебя есть какие-то девайсы: весы и всякое прочее. Это вкусный кофе. Но есть те, кто пьет какой-нибудь «лавацца», или это больше привычка. Я к тому, что был бы у людей выбор они бы тогда выбрали что-то интересное, а когда ты всю жизнь, скажем, так пил одну и ту же «лаваццу», ты не воспринимаешь другой кофе, который вообще не горький, сладкий, кислотненький такой, и ты такой вдруг: «Не, что-то мне это не нравится». А потому что в сознании лежит уже, что кофе – горький и крепкий.

Знаешь, те, кто хочет переосмыслить это все кофейное мироощущение и попробовать принять и понять новое, это видно. Например, когда ты ему рассказываешь, видно, что человек заинтересован и он правда хочет понять, почему вот кофе кислит, почему он на основании еще кислотнее становится, как температура влияет и так далее и тому подобное. Поэтому кофе можно купить у нас, ну в смысле в кофейнях в основном продают свежеобжаренное зерно, которое именно «спешелти» и уже наслаждаться вкусным кофе.

+2
-2
Следите за нами в Telegram , Viber и Яндекс Дзен
Знаете новость? Пишите в наш Telegram-бот. @new_grodno_bot
Back to top button