«Земле не хватает хозяина». Успешный бизнесмен — о том, как зарабатывает на картошке и спасает колхозы

Общество
0
0
Поделись с друзьями

«После речки Цна сверните налево и следуйте указателю «Бульбалэнд», — наставляет герой репортажа. Бульбалэнд в этом контексте не шутка про белорусскую любовь к этому продукту. Действительно, указатель с таким названием ведет к фермерскому хозяйству «Цнянские экопродукты». Вместе с группой компаний «Белагро» посмотрели, как работает один из крупнейших производителей картофеля в стране, пишет tut.by.

Фото: Дарья Бурякина, TUT.BY

Этим материалом мы продолжаем проект «На земле» — об успешных предприятиях сельского хозяйства, которые подтверждают: животноводство и растениеводство способны приносить прибыль.

«Государственные сельхозпредприятия нам не конкуренты»

Владимир Адамович, учредитель сети аптек «Комфарм», основатель фармзавода «Лекфарм», который потом продал и основал «АмантисМед», с конца 1990-х занимается фармацевтикой и почти 10 лет — сельским хозяйством, входит в топ-200 успешных и влиятельных бизнесменов Беларуси. Но по мере того, как фамилия нашего героя поднимается в рейтинге, кажется, он становится все более скромным. Фото просит не делать (впрочем, как и нанятый директор хозяйства), успехами особенно не хвалится, зато с большим удовольствием рассказывает о своих бизнес-идеях и о том, как находил выход из непростых ситуаций. Звучит в рассказе все просто, но будь так, все стали бы Адамовичами.

Подходы к двум совершенно разным направлениям бизнеса, говорит предприниматель, похожие: анализ рынка, проработка плана — и вперед. Он признается: изначально смотрел, как работают западные компании, перенимал их опыт.

— Я не ощущаю конкуренции. Частников мало — конкуренции особой нет, а государственные предприятия нам не конкуренты, — так бизнесмен описывает условия своей компании на рынке. Видимо, поэтому он в постоянном поиске новых направлений развития и реализации новых идей.

В сельском хозяйстве бизнесмен решил себя попробовать, когда уже добился успехов на рынке фармпродукции. Признает, была ностальгия по деревенской жизни, ведь в детстве городской мальчик Вова проводил каникулы у бабушки. Но сработал и меткий глаз предпринимателя. Адамович увидел пустующую нишу — картофеля на рынке было много, но никто его не мыл и не упаковывал. Этим хозяйство «Цнянские экопродукты» и занялось. Спустя девять лет это один из крупнейших производителей картофеля в стране. А доходы в агробизнесе порой инвестируются в производство лекарств, которое еще не вышло на самоокупаемость.

В начале 2010-х главной фишкой «Цнянских экопродуктов» называли мытый картофель. Теперь же от его массового производства отказались, оставив только под заказ для оптовых клиентов. Обычному белорусскому потребителю такой европеизированный продукт оказался не особенно нужен.

— У нас нет привычки потреблять готовый полуфабрикат. Плюс срабатывают у населения стереотипы, что используются какие-то консерванты, неправильные технологии и вообще хороший картофель не может так выглядеть, — объясняет Сергей Иванович, бывший госслужащий, а сейчас директор «Цнянских экопродуктов». Он скромно отказывается озвучивать свою фамилию.

Фото: Дарья Бурякина, TUT.BY
Практически вся техника в хозяйстве импортная. Запчасти для отечественной и зарубежной сельхозтехники можно удобно приобрести в интернет-магазине «Белагро»

Небольшой цех, конвейер протянут от самого хранилища практически через все помещение, пять человек перебирают проходящие по нему картофелины. Работа кипит, так что фотографа и журналиста с диктофоном практически никто из работников не замечает, да и владельца предприятия, кажется, тоже. Здесь используют разные способы хранения для разных сортов картофеля. Одно из хранилищ строили голландцы: сотни огромных ящиков картофеля выстроены в специальной холодильной камере, где холодный воздух «гуляет» между зазорами. Здесь главный — Петр Сазонко — успевает все показать и рассказать гостям и параллельно решить несколько рабочих вопросов. Говорит, технику используют практически всю импортную, и даже в конвейере, который выглядит как отечественный, вся начинка заменена на немецкую. Она более надежная и служит дольше.

Директор хозяйства Сергей Иванович рассказывает, что в прошлом году предприятие, которое на первый взгляд кажется небольшим — здесь работает всего 37 человек, произвело 36 тысяч тонн картофеля, в этом году — 23 тысячи тонн.

— Я прикинул на численность населения: каждому, от младенца до старика, мы можем поставить по 2,5 килограмма картофеля. Но внутренний рынок — не основной потребитель картофеля. В республике уже несколько его крупных производителей, да и люди еще не отказались от возделывания картофеля на приусадебных и дачных участках.

Несколько лет картофель продавали в основном в Россию. А после введения санкций многие в России поспешили сами выращивать эту культуру.

— Как-то непланово кинулись все выращивать, поэтому было много банкротств. В 2016 году заявили, что получили по картофелю сверхурожай. Цены тогда упали. И я не мог на Россию поставлять. Ничего, нашли другие выходы — Украину, Молдову, Сербию. Кстати, знаю, что из Сербии наш картофель шел и в Швейцарию, а молдоване мой картофель отправляли в Румынию, — делится Владимир Адамович. — Сейчас планирую начать поставки в Узбекистан: там нет своего рынка и картофель в 2,5 раза дороже, чем у нас. Правда, дорога съедает часть. Но я планирую сделать так, чтобы это в итоге было выгодно. Фура везет туда картофель, а обратно будет везти в Беларусь мрамор. Затраты по доставке картофеля не будут входить в его себестоимость, а лягут в стоимость мрамора. Посчитал, что это очень выгодно.

Картофельный бизнес тем временем завоевывает новые рынки, подстраиваясь под местного покупателя. Например, Грузия, Армения, Азербайджан любят картофель красных сортов. Им не так важны вкус и цвет мякоти, больше интересует внешний вид. Украина берет картофель примерно такой, как потребляют белорусы: не столько важен внешний вид, сколько разваристость. Молдова берет продукт идеальный по внешнему виду и такой, который не разваривается.

Несколько строений — рабочий цех, офис над ним, гаражи, хранилище — построены между редким сосновым лесом и полем

Бизнесмен «поднял» убыточные колхозы и готов расстаться с ними

В 2015 году предприниматель понял: земли не хватает. Картофель нельзя сажать ежегодно на одном и том же месте и, чтобы сохранить объемы, надо расширяться. Но просто так землю в аренду государство дает редко, чаще всего — с дополнительной нагрузкой в виде хозяйств или инфраструктуры. Так картофельный бизнес разбавили два убыточных колхоза «Косино» и «Ахека», которые предпринимателю были совсем не нужны: заниматься производством молока он не собирался.

 Я не знал ни молока, ни коров, ни как сажать зерновые. Ничего, все почитал, все узнал. Тут же главное — специалисты. Не я работаю, а они. Сделал там рапсовый цех. Рапсовое масло продаем в Польшу за валюту, а жмых идет на комбикорма коровам. Причем, как подсказали европейские ученые, сделал «долгие» корма, там высвобождение протеина более пролонгированное. Когда он высвобождается быстро в первом желудке, коровы часто болеют и долго не живут.

Но договор есть договор, так что пришлось изучать особенности производства молока и рынок. Частные руки, бизнес-подход, дисциплина, 4 млн долларов на выплаты накопленных колхозами долгов и на развитие — и вот в Логойском районе на одно успешное хозяйство больше. Пришлось потрудиться, чтобы изменить подходы к работе, как у руководителей, так и у простых работников, не привыкших к тому, что деньги надо зарабатывать и простаиванием этого не сделать.

Управлять теперь уже частным хозяйством пробовали несколько руководителей. Получилось только у третьего, раньше работавшего в государственном хозяйстве.

— Забрал его себе. Мужик классный, работящий. Пришел ко мне, за год поднял хозяйство и первое место занял в Минской области и республике, — говорит Владимир Адамович. Всего же у него в хозяйстве трудятся минимум трое бывших управленцев из госсистемы.

В этом году акции теперь уже объединенного хозяйства «Косино» полностью перешли от государства бизнесмену. Но, скорее всего, ненадолго. Выполнив договоренности, себе колхозы бизнесмен оставлять не планирует, как и занимать место на молочным рынке. Зато, говорит, за эти годы насладился чувством ностальгии по деревенской жизни у бабушки.

Фото: Дарья Бурякина, TUT.BY
Одно из хранилищ. К весне оно полностью пустеет. Активнее распродается картофель в середине зимы. На рынке в это время конкуренция низкая: кто не имеет своего хранилища, старается распродать все запасы осенью

Почему у частника убыточный колхоз становится прибыльным?

Директор Сергей Иванович не видит особой разницы между государственным и частным хозяйством, наоборот, государственным предоставляют гораздо больше преференций, им списывают долги, дают льготные кредиты.

— Принципы экономики абсолютно одинаковые для всех предприятий, — говорит собеседник. — Основа деятельности любого предприятия — получение прибыли. Но руководитель, скажем, госпредприятия постоянно боится взять на себя ответственность, совершить ошибку. И это слово «боится» влияет на конечный финансовый результат. А надо спокойно работать, и если ты что-то задумал, что принесет тебе прибыль, то должен это осуществлять. Надо не работать за заработную плату, а зарабатывать.

То, что есть государственные хозяйства, подтверждает, что и при такой форме собственности можно быть прибыльными, считает он. Но порой выбранные формы управления работают против законов рынка.

— Не должны сверху командовать, что делать низам. Ту же гречку нам тоже [предлагали]: «Возьмите». Я говорю, что мы не знаем, как гречку сеять, как собрать урожай, прибыльно это или не прибыльно, значит, мы не будем этим заниматься. Кому дали? Отстающим. И что — толк есть? Никакого. Отчитались, что посеяли, затраты понесли, но ничего не убрали. Потому что считают: «Это не мое, это государственное». Им сказали — они выполнили. А мы, частники, так не будем делать, потому что это невыгодно, мы считаем деньги, — поддерживает Владимир Адамович.

Бизнесмен придерживается идеи, что убыточные колхозы спасут частные руки. Он показал это своим примером и предлагает по такому же принципу проводить точечную приватизацию некоторых хозяйств. Отдавать 50% акций и давать два года на то, чтобы «поднять» СПК.

— Выполнил — на тебе и остальные 50%. Не смог — забираете и повторяете с другим желающим. Был бы огромнейший подъем в сельском хозяйстве, — считает он.

«Сельскому хозяйству и земле не хватает хозяина»

Свобода в действиях, право на собственность и желание работать и зарабатывать — такие, по мнению руководства хозяйства, составляющие успеха сельхозотрасли.

— Я считаю, что частник должен быть везде, — говорит Владимир Адамович. — Я, частник, отвечаю рублем, людьми, которые у меня работают, поэтому и сплю по 4−6 часов в сутки. А если это не твое, разве ты будешь так беспокоиться? Везде должен быть хозяин, без хозяина порядка не будет. У человека, который управляет, должна быть заинтересованность. Если это не его, он нередко будет относиться спустя рукава. Пример: я Василию (руководителю «Косино». — Прим. TUT.BY) сказал: поднимете хозяйство — 50% своих акций я вам отдам бесплатно, а остальные потом выкупайте. Не нужен мне колхоз, да и мои дети работают в фармацевтике.

Оттого, что в сельском хозяйстве нет конкуренции, мало частников, отсутствует частная собственность, а отрасль регулируется практически вручную и развивается командами сверху вниз, а не наоборот, остается низкой производительность.

— Когда хозяйство свое, человек намного лучше работает. Сравнить нас с поляками или с немцами, так у нас по стране производительность труда в сельском хозяйстве в четыре раза ниже, чем у них, — утверждает собеседник.

Самое главное, считает Адамович, — пустить в оборот землю, как во всем мире. Чтобы агробизнес мог ее заложить банку, взять кредит на развитие, не боялся браться за долгосрочные проекты.

 

Следите за нами в Telegram , Viber и Яндекс Дзен
Знаете новость? Пишите в наш Telegram-бот. @Newgrodno_feedbackbot

Добавить комментарий

Close