Неделикатный гродненский художник Гриневич: картины, написанные до того, как все произошло

Общество
+13
-1
Поделись с друзьями

Считается, что белорусское искусство очень камерное, деликатное, настроено на личные переживания. Конечно, это общее суждение, примерно как средняя температура по больнице. То есть исключения возможны, и даже подразумевается, что они есть. Например, Сергей Гриневич — художник мощный, чье творчество будоражит, часто бьет наотмашь. Как минимум его живопись не дает вам усомниться в авторских мыслях и чувствах.

Этот художник старается быть автономным. Концентрация действительно помогла Сергею Гриневичу стать знаковой фигурой в белорусском искусстве: он активно выставляется с 1991 года, география — от Беларуси до США. Портреты Гриневича — стержень, на который нанизаны другие ценности, предпочтения художника. Его выбор остается неожиданным: Уинстон Черчилль, Мик Джаггер, Кит Ричардс, Чарли Чаплин, Янка Купала. Из поп-культуры Гриневич выбрал Джеймса Бонда, Джона Траволту и летящую Кейт Мосс. Как ни странно, близка художнику Пеппи Длинныйчулок — как персонаж прямолинейный и «враг ханжества», отмечает Onliner.

И в этом же ряду — отец и несколько собственных портретов.

Масштабность — три-пять метров в длину и до двух в высоту — проблема для экспонирования, но не для Гриневича. В идеале одна работа — одна большая стена, а то и полностью зал. Иначе картине нечем дышать, и даже в такой ситуации она все равно переиграет соседей. Гриневич — монументалист не только и не столько по форме, сколько по содержанию и темпераменту. В Гродно, да и в других городах и странах не каждая площадка соответствует острым темам, напряженному ритму, насыщенной цветовой гамме.

Впечатляющий «Парад с собаками» (2014) — образ угрозы и непрекращающейся тревоги, агрессии и необходимого бесстрашия.

А Первая мировая война или армейские портреты самого художника разве не отзываются в сердцах современного зрителя, надолго остановившегося в «военном зале»?

Образы Гриневича будто предсказывают какие-то проблемы, невидимые глазу процессы, которые начнут волновать зрителей только через несколько лет.

Триптих «Ленинская плащаница» (2018) — напоминание о тяжелом наследии, суровом социальном эксперименте прошлого века, который выстрадан миллионами людей, но до сих пор не до конца изучен и отрефлексирован. Обращение к форме плащаницы здесь примечательно: ритуальные практики, которые переходят из религиозной жизни в светскую, получают совсем другое значение.

«Фестиваль» написан в 2014-м. В нем раскрыта тема постоянного контроля — цифрового, физического, морального.

Полотна написаны пять, а то и десять лет назад. Художник сдерживает себя, старается брать паузу для необходимой рефлексии.

Работа «После урожая» (1995) предельно абстрагирована от узнаваемого ландшафта. Тогда сложно было предположить, что экологические проблемы превратятся из локальных в глобальные.

Иногда можно слышать мнения, что Гриневич слишком близко подошел к повестке, его язык близок плакату. Но различия в видах и жанрах современное искусство успешно изживает. Междисциплинарные арт-практики все больше интересуют авторов, так как именно эти инструменты в наибольшей степени соответствуют сложности современного мира и дают этому миру возможности высказывания. Кроме того, сильная художественная метафора, поиск героя времени, ощущение своего пространства, часто болезненное и драматичное, вряд ли интересны традиционным плакатистам.

+13
-1
Следите за нами в Telegram , Viber и Яндекс Дзен
Знаете новость? Пишите в наш Telegram-бот. @new_grodno_bot
Back to top button