Общество

Татуировщик из Гродно о рисунке за 3000 долларов и лучшей «анестезии» от боли

Первое тату он сделал себе в 11 лет, а сейчас не может сосчитать точное количество рисунков на теле. О том, что он посвятил себя татуировкам, в прямом смысле «написано» на его лице. Алексей Лиман, известный как Лимон, рассказал «ВГ» о линиях полинезийского воина на своём теле, татуировке за три тысячи долларов, пытках для клиентов и лучшей «анестезии» от боли.

Лёша не спеша выводит маркером эскиз на женской щиколотке. Через несколько часов на месте условных линий появится нательный рисунок.

— Я люблю творить, люблю делать людям больно. Это не эйфорическое состояние. Когда делаешь тату, отдаёшь человеку кусочек себя. Деньги не играют главной роли. Прежде чем делать тату, готовлюсь к человеку, к работе, к общению. У клиента всегда есть история, которую он мне расскажет. Нельзя просто сидеть и молчать. Это как пытки — высказывается всё, — смеётся Алексей.

За тату «заработал» 3000 долларов

Лимону 24 года, а первое тату появилось на его теле 13 лет назад. Тогда была мода на скейтбордистов и он попросил знакомого набить «Катайся или умри». В 18 лет решил задействовать под рисунки ещё и голову: сначала затылок, а спустя полгода на лице появились маленький якорь и надпись «Не чувствую боли». Там же есть пулевое отверстие и надпись на латыни «Всё пошло не так» — всего девять татуировок. Самая большая — на щеке — появилась… благодаря акции в интернете:

— Одна из дочерних компаний «Форекс» предлагала сделать их логотип на лице и получить за это деньги. Тогда мне заплатили 3 тысячи долларов. Эти деньги вложил в своё дело, — объясняет парень.

Главная татуировка Лимона — чёрная линия от лба до подбородка — появилась после шутки друга.

— Я сперва ему сказал: ты что, совсем ополоумел? — признаётся Лёша. — Но мысль была озвучена, зерно посажено. Я жил с этим пять лет, но решился. За основу взяли технику полинезийских воинов племени маори. У них, правда, всё лицо забивается, а по центру остаётся незанятой полоска. У меня наоборот.

Теперь на фото в паспорте Лёша тоже с линией. Лимон признаётся, не раз пробовал сосчитать точное количество рисунков на своём теле, но на пятидесяти постоянно сбивался.

Просят выбить имя и фамилию на ягодицах

Сейчас Лёша работает в гродненской тату-студии. Главное для мастера, по его мнению, индивидуальность: заниматься копированием неинтересно и бездуховно.

— Стараемся не быть конвейерными, делаем одну-две работы в день. На простой рисунок хочется уделить час-два, чтобы вышло аккуратно, ровно. Цена разная, зависит от сложности, места на теле, размеров, колоритности. Но стараемся, чтобы и нам на хлебушек с маслом хватало, и людям по карману не било.

Есть запретные для Лимона темы: политика и нацистская символика. Не возьмётся он и за откровенный «трэш», например набить имя-фамилию на ягодицах.

— Девушка моего друга попросила набить на всю свою массивную попу её имя и фамилию, — говорит. — Я отказался. Она сделала у другого мастера. Через три месяца звонит друг, мол, тату нужно перебить. Я и сделал буквы чётче и цветочки добавил.

Парень уверен: мода на тату останется. За девять лет, что Лёша работает мастером тату, у него побывали клиенты самых разных возрастов и статусов, с самыми разными пожеланиями и болевыми порогами. Сегодня это в основном молодые люди 28 лет, причём как девушки, так и парни. Из-за модной нынче рэп-индустрии всё больше приходит молодёжи.

— Много малолеток от 16 до 20 лет, которые забивают идейно не нагруженными рисунками шеи, лица, кисти. Виноваты кумиры рэперы, которые повлияли на детские мозги. А мода прошла. Сейчас звонят и узнают, как избавиться от тату, — рассказывает Лёша.

В качестве анестезии использует шубу-дубу

Лимон признаётся, его вид никогда не вызывал у окружающих агрессии, многие просто просят сфотографироваться.

Бывает, идёшь по району и пенсионерка кричит: «Божачки, ну за что ты себя так змардаваў». Людям это диковинно. Есть ребята во дворе, которые в штыки воспринимали, а сейчас встречают: «Здорово, Лёха, как жизнь?» Первый шок уже прошёл, — рассказывает парень.

Он уверен, что клиенты всегда будут довольны его работами. Хотя считает: клиента беречь нельзя. Стоит проявить жалость — начинаешь ошибаться, а это уже халтура.

— В обморок ещё никто не падал. Одному везде больно, другому вообще всё равно — не угадаешь. Бил надпись на запястье, а визги были, будто жизни лишают. Но у меня есть два успокоительных — шуба-дуба (эти буквы выбиты на кулаках Лимона. — Прим. авт.). Есть такая шутка: хорошо зафиксированный клиент в анестезии не нуждается. И я тяжёлый, — шутит Лёша.

«Если сделают тату, сначала спрошу, кто автор»

После трудового дня Лёша спешит домой, к семье. Младшему сыну два месяца, старшему — два года. У его супруги всего одна тату, и она не хочет больше. К тату мужа относится с пониманием. А вот дети находят тату папы практическое применение:

— Единственный мой выходной — воскресенье — посвящаю семье. Хочу, чтобы дети стали нормальными людьми. Если сделают тату, первым делом спрошу, кто автор. Для меня важно, чтобы мастер был энтузиастом, как я. А пока дети разрисовывают мои руки фломастерами как раскраску.

Среди увлечений Лимона — жим штанги. Категорически не приемлет наркотики. Считает, стереотип о том, что если татуированный, значит преступник, всего лишь миф. А на главный довод противников тату «А как ты будешь выглядеть в 60 лет?» отвечает просто:

— В 60 лет меня больше будет интересовать не то, как я буду выглядеть, а что и как будет с моими детьми и внуками. Детей вырастить — это главное. А для этого нужно работать. В тату я хорош. Мне раньше говорили: «Что ты с собою делаешь, ты такой никому не будешь нужен!» А что теперь? Любимая жена и двое детей.

Фото из Инстаграма Алексея Лемана

Если вы нашли ошибку, пожалуйста, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter.

1
0
Поделись с друзьями

Добавить комментарий

Статьи по теме

Close

Сообщить об опечатке

Текст, который будет отправлен нашим редакторам: