Приют для мамы, предабортное консультирование. Как еще Центр поддержки «Матуля» может помочь женщинам?

Общество
Поделись с друзьями

Предабортное консультирование, предоставление жилья. Чем занимается Центр поддержки семьи и материнства «Матуля»?

С какими проблемами сталкиваются современные семьи и что влияет на их развитие и процветание? На эти и другие вопросы в студии программы «Большой город» ответила делегат VI Всебелорусского народного собрания, председатель общественного объединения Центр поддержки семьи и материнства «Матуля», член Белорусского союза женщин, многодетная мама и матушка Вероника Сердюк, пишет ctv.by.

Юлия Алексеюк, ведущая:
Чем занимается ваш центр, для кого он?

Вероника Сердюк, руководитель Центра поддержки семьи и материнства «Матуля»:
Наш центр создавался для помощи женщинам в кризисном материнстве, в первую очередь. Десять лет назад совместно с Минздравом мы начинали предабортное консультирование. Это был пилотный проект, и чтобы его осуществлять, надо было зарегистрировать организацию, чтобы это было серьезное учреждение. Так создался центр. Сразу же появился приют для мам в тяжелой жизненной ситуации, и со временем мы обросли другими проектами. Мы работаем с молодежью, семьями, но «Матуля» – это очень маленькая локальная организация. У нас девиз «думай глобально, действуй локально». Мы стараемся помогать тем, кто к нам приходит, чем можем.

Юлия Алексеюк:
А как женщинам, которые столкнулись с проблемой, узнать о вас?

Вероника Сердюк:
У нас есть сайт matylia.by, также есть сайт pro-life.by, где освещаются все новости мира в сфере защиты семьи, родительства, профамилистических движений. О нас знают медики, гинекологи в женских консультациях, неонатологи, юристы роддомов. Из уст в уста передаются сведения, что в «Матулю» можно прийти, получить вещи, юридическую консультацию. Так как мы начинали при православной церкви в Минске, то понятно, что православные приходы по всей Беларуси знают нас. У нас есть чат матушек, жен священников. Если возникают какие-то вопросы, связанные с нашей темой, к нам могут обратиться матушки со всех уголков республики. Это самая действенная структура помощи.

Юлия Алексеюк:
Вы сейчас больше рассказали о консультациях, но я так понимаю, что это и приют, в котором живут мамы с детьми. Расскажите об этом подробнее.

Вероника Сердюк:
Да, с самого начала у нас появилась квартира, ее дает в пользование наш прихожанин. Это трехкомнатная квартира, где могут проживать мамы с детьми, беременные женщины в ситуации кризиса. В основном к нам приезжают женщины после родов, информацию о нас дает юрист в роддоме. Часто бывает сложная ситуация – женщина неожиданно получает тяжелую психологическую травму, прямо перед родами – мужчина бросает или родители отказываются, если это девочка из мусульманской страны и после родов ей некуда идти, она не успевает подготовиться и попадает к нам в приют. Женщины после предабортного консультирования к нам почти никогда не попадают, потому что оно осуществляется за семь месяцев до родов, за это время женщины успевают выйти замуж, развестись, поменять место жительства, получить профессию, как-то подготовиться к родам. В основном к нам попадают после родов.

По законодательству женщина получает материальную поддержку от государства примерно через два месяца. Самое важное – эти два месяца им где-то пожить, восстановиться, получить дружественную среду, консультацию по грудному вскармливанию, юридическим вопросам. Они у нас это получают, хотя бывают разные ситуации.

Бывают женщины-беженки, мигрантки, женщины в ситуации домашнего насилия. В последнее время к нам стали попадать мамы из числа детей-сирот. Это сироты, которые выросли, построили свои отношения и оказались совершенно к этому не готовыми, и таких случаев все больше и больше.

Юлия Алексеюк:
Мне казалось, что таким женщинам государство предоставляет квартиру.

Вероника Сердюк:
Так и есть, эта практика существует, но проблема в том, что дети-сироты, особенно те, кто взрослеет в государственных учреждениях, не знают, как справляться с жизнью, жить в семье, налаживать отношения с мужем, кормить детей. Незнание таких базовых вещей приводит их к краху. Многие из них продавали или теряли свои квартиры, поэтому на законодательном уровне приняли новые поправки. Сейчас квартиры выделяют сиротам во временное пользование.

Юлия Алексеюк:
Сколько, в среднем, женщинам нужно времени, чтобы встать на ноги? Вы же не просто даете приют женщинам? Вы помогаете им окрепнуть, чтобы самостоятельно продолжать идти по жизни.

Вероника Сердюк:
Бывает так, что женщина у нас только переночует и получает юридическую консультацию, куда идти. Беженкам объясняем, какие дальнейшие действия. Дольше всего у нас женщина жила шесть лет. Иногда у нас с жилицами складывается очень хороший тандем. Они выступают как волонтеры.

Юлия Алексеюк:
Люди, которые трудятся в приюте, всегда волонтеры, или есть профильные специалисты, юристы, психологи, которых вы привлекаете? На какой основе они работают у вас?

Вероника Сердюк:
У нас в организации все волонтеры, мы легко переживаем экономические и политические изменения, потому что наши волонтеры решают, что какую-то часть трудового времени могут посвятить консультированию в «Матуле». Женщина может получить консультацию, даже не приезжая к нам. Понятно, что сложные случаи ведет специалист, который должен полгода курировать, год – бракоразводные процессы или когда это межнациональные браки, сложные, запутанные моменты. Кризисные центры отличаются тем, что первую консультацию оказывают бесплатно. У нас нет возможности платить нашим консультантам за то, что они у нас работают. Повезло, что мы существуем в Минске, часто многие психологи, юристы должны наработать практику, и они обращаются к нам.

Юлия Алексеюк:
Слава богу, что есть такие люди, которые готовы безвозмездно помогать

Юлия Алексеюк:
Расскажите, какой случай запомнился вам больше всего, чтобы очень зацепило?

Вероника Сердюк:
Меня шокируют случаи, когда у женщин нет причинно-следственной связи. Она как-то действует, не отдавая себе отчета в том, какие последствия вызовет ее поступок. Мне всегда казалось, что это поведение на уровне каменного века, но оно существует и сейчас.

Юлия Алексеюк:
Это с возрастом связано или не всегда?

Вероника Сердюк:
Часто это связано с какими-то ментальными нарушениями. Нам кажется, что человек обычный, нормальный, он поймет, что ты говоришь. Иногда это связано с тем, что он не увидел нормального опыта. На самом деле я всегда думаю, когда смогу написать книгу по нашим случаям. Я уже начала советоваться с юристами, как это сделать, чтобы просто рассказать, какое трагичное бывает материнство, драматичное, какое бывает отцовство. Эти случаи интереснее придуманных сериальных историй.

Юлия Алексеюк:
Тогда я вам желаю удачи в написании книги. Тем более, что это будет уже вторая ваша книга.

Следите за нами в Telegram , Viber и Яндекс Дзен
Знаете новость? Пишите в наш Telegram-бот. @new_grodno_bot
Back to top button