История судоходства в Гродно: как Неман менял город, а город — реку

Неман — это не просто водная артерия, которая делит Гродно пополам. Почти тысячу лет река была для города источником жизни, кормильцем и надёжным стратегическим рубежом. Меняющееся течение, отважные речники и огромные объёмы грузов, уходивших к Балтийскому морю, со временем превратили пограничную твердыню в королевскую резиденцию, рассказывает Гродненская правда.

На основе архивных материалов, древних хроник Речи Посполитой, Восточной Пруссии и Литвы мы проследили, как Неман формировал облик Гродно, а город, в свою очередь, укрощал строптивую реку.

XVI век: золотой век витин и соляной бум Стефана Батория

Долгое время судоходство по Неману контролировалось Тевтонским орденом, блокировавшим выход к Балтике. Но в XVI веке река превратилась в бурлящую торговую магистраль.

ИСТОРИЧЕСКАЯ СПРАВКА: Стефан Баторий сделал Гродно своей фактической резиденцией и неофициальной столицей государства. В ноябре 1576 года своим привилеем он закрепил за жителями Гродно право монопольной продажи соли, привозимой из Крулевца (Кёнигсберга). Позднее, в 1581 году, по его указу в Гродно был открыт крупнейший в Великом княжестве Литовском соляной склад (склад-магазин), что превратило город в мощный логистический хаб соляного транзита. При этом для стимулирования местной торговли король временно отменял или снижал пошлины на соль для горожан.

Главным транспортным «рабочим» Немана стали витины (wityny) – уникальные плоскодонные деревянные корабли огромных размеров, которые строились преимущественно на верфях неманского бассейна. В длину они достигали 40 метров, имели одну мачту с парусом и управлялись огромными веслами-потенями.

ИСТОРИЧЕСКАЯ СПРАВКА: Одним из самых значимых экономических решений Батория стало подписание им в 1576 году соглашения Pacta conventa. Этим документом он ликвидировал государственную монополию (регалию) на природные ресурсы. С этого момента шляхта (дворянство) получила исключительное право самостоятельно искать, добывать и продавать полезные ископаемые, включая каменную соль и соляные растворы, на своих родовых землях. Это дало мощный толчок частным солеварням.

В архиве Санкт-Петербургского института истории РАН хранится подлинная грамота короля Стефана Батория мещанам г. Гродно, подтверждающая издавна установленный порядок складывания и продажи крупистой соли, привозимой купцами и мещанами гродненскими с Крулевца и Ковны [231] рекой Неманом или сухим путем исключительно в г. Гродно в целях материального благосостояния жителей ( № 20. 1575 г., ноября 30).

Из Гродно вниз по течению в сторону Кёнигсберга и Мемеля (Клайпеды) везли «лесной скарб» (корабельный дуб, пеньку, деготь) и зерно.

Буксировка витин по Неману в районе Тильзита (ныне Советская); иллюстрация 1684 г.

В ноябре 1576 года король Стефан Баторий, сделавший Гродно своей фактической столицей, даровал городу важнейшую экономическую привилегию – право на открытие крупнейшего в Великом княжестве Литовском таможенного соляного склада (так называемого «шпихлера»). Согласно архивным выпискам из прусских таможенных книг, Гродно стал монополистом: вся соль, шедшая из балтийских портов вверх по реке, разгружалась здесь. Город богател на глазах, на набережной выросли монументальные каменные склады, а речной порт стал главным источником пополнения городской казны.

ИСТОРИЧЕСКАЯ СПРАВКА: В Гродно располагалась одна из важнейших таможен (комор) ВКЛ. Город получил «право склада» (prawo składu) обязывавшее иностранных и местных купцов везти соль именно сюда, декларировать её и продавать местным гильдиям.

Благодаря королевским привилегиям и реформам подскарбиев (включая Антония Тизенгауза в XVIII веке), Гродно фактически монополизировал распределение импортной соли на белорусских и литовских землях. Отсюда она расходилась сухопутными путями на Минск, Вильну и Новогрудок.

XVII век: война, капризы русла и «Коложская катастрофа»

В XVII веке Неман показал свой суровый нрав. В этот период климат Европы переживал малый ледниковый период: зимы были экстремально суровыми, а весенние паводки — разрушительными.

Исторические литовские и польские гидрографические заметки указывают, что в этот период река у Гродно имела совершенно иной профиль. Русло было шире, но изобиловало опасными каменистыми мелями (порогами) и постоянно смещающимися песчаными косами. Каждую весну бурные потоки льда буквально «сбривали» прибрежные постройки.

Именно капризы русла и подмыв высокого правого берега рекой привели к главной трагедии архитектуры Гродно: Неман веками подтачивал холм, на котором стояла уникальная Коложская церковь XII века. Оползни, начавшиеся из-за размыва грунта рекой в XVII–XVIII веках, в итоге привели к частичному обрушению храма в воду в XIX веке.

В 1738 году архимандрит Игнатий (Кульчинский) зафиксировал в описи «базилианского монастыря на Коложе: берег Немана придвинулся вплотную к храму и нуждается в укреплении. Чтобы приостановить оползень, было решено «построить у подошвы горы забор, привалить его навозом, а также посадить разные деревья».

XVIII век: дворцовые интриги и упадок речной торговли

К XVIII веку Гродно стал ареной масштабных геополитических потрясений. В 1706 году в ходе Северной войны шведские войска взорвали стационарный деревянный мост через Неман. С этого момента и до конца века переправа стала временной: летом наводились наплавные понтонные мосты из связанных между собой барок, а на зиму их разбирали, чтобы избежать уничтожения ледоходом.

В этот период на Немане обострилась конкуренция между местными купцами и прусскими торговыми домами. Из немецких источников (в частности, отчетов торговых миссий Кёнигсберга) известно, что через Гродненскую речную таможню активно импортировались рейнские вина, шелк, фарфор и колониальные товары (чай, кофе). Взамен Гродно отправлял поташ — ценное сырье для стеклянной и мыловаренной промышленности Европы.

«Красный угол»: три истории собак из Гродно, от которых сжимается сердце

XIX век: эпоха колесных пароходов и плотогонов

После разделов Речи Посполитой Неман стал внутренней рекой Российской империи, после этого его экономическое значение еще больше выросло.

Согласно документам Министерства путей сообщения, регулярное паровое судоходство у Гродно зародилось в середине XIX века после частичной регуляции русла (углубления дна и взрыва наиболее опасных гранитных валунов). По реке пошли первые колесные буксиры и пассажирские пароходы.

Из малоизвестных польских и литовских хроник конца XIX века можно узнать романтичные названия гродненских судов: «Бирута» (Biruta), «Боярыня», «Девайтис» (Dewajtis) и, конечно же, гордость местного флота – теплоходы «Гродно» и «Гродна». Река связала город стабильным сообщением с Мостами и курортным Друскининкаем. Поездка на пароходе считалась главным развлечением гродненской знати и интеллигенции.

Плотогоны (Flisacy)

XIX век стал расцветом промысла плотогонов. Гигантские плоты из строевого леса, связанные друг с другом, сплавлялись по Неману бригадами рабочих. У них была своя уникальная субкультура, песни и даже законы. Гродно служил для них ключевой базой отдыха и переснаряжения: здесь плотогоны закупали провизию, из-за чего прибрежные трактиры (корчмы) приносили колоссальный доход.

Подводные тайны: легенды о затерянных кладах Немана

Река, бывшая свидетелем сотен сражений и кораблекрушений, просто не могла не обрасти легендами о несметных богатствах, покоящихся на ее дне. В польских и литовских преданиях Гродно занимает в этом плане особое место.

• Золотая карета Стефана Батория: самая интригующая легенда, зафиксированная в старинных преданиях, гласит, что во время одного из весенних паводков, когда Неман внезапно вышел из берегов и затопил часть нижнего города, под воду ушла королевская повозка, груженная золотыми монетами, предназначенными для выплаты жалованья наемникам в Ливонской войне. Искатели сокровищ веками пытались найти «королевский след» в глубоких ямах у подножия Старого замка.
• Шведское золото 1706 года: местные легенды рассказывают, что отступающие войска Карла XII, спасаясь от кавалерии Петра I, сбросили с взорванного гродненского моста несколько кованых сундуков с полковой казной и награбленной церковной утварью. Сильное течение Немана и подвижные пески мгновенно «захоронили» эти сундуки под метрами донных отложений.
• Утонувшие «витины» купеческого братства: на стыке XVIII и XIX веков у Коложской закрути из-за налетевшего шквального ветра перевернулись и затонули три витина, шедшие из Пруссии. На их борту находились бочки с дорогостоящим импортным вином, запечатанные сургучом, и ящики с серебряной посудой. Считается, что из-за постоянного изменения русла и намыва песчаных островов (лах) это место сейчас находится… под землей, на одном из современных пляжей или прибрежных лугов, изменивших очертания реки за два столетия.
• Тоннель под Неманом: согласно поверьям, древние храмы и монастыри Гродно (включая взорванную Фару Витовта, коллегиум иезуитов и Бернардинский монастырь на правом берегу) соединены подземными лабиринтами. Один из этих магистральных ходов якобы проныривает глубоко под руслом Немана и ведет на левый берег к Францисканскому костелу. Слухи подогревались историями старожилов. В 1930-е годы из-за паводков и талых вод в центре Гродно (возле Фарного костела) провалился грунт, обнажив старинные кирпичные подземелья. Очевидцы уверяли, что открывшиеся коридоры уходили в сторону реки.