«Инстаграмные» домики. В Беларуси появился новый тренд для отдыха

Роскошные купольные шатры, шалаши с панорамными окнами или сафари-тенты привлекают внимание тех, кто любит отдых на природе, но не готов отказываться от городского комфорта.

В странеОбщество
Поделись с друзьями

Глэмпинги в Беларуси появились совсем недавно. Роскошные купольные шатры, шалаши с панорамными окнами или сафари-тенты привлекают внимание тех, кто любит отдых на природе, но не готов отказываться от городского комфорта.

На «инстаграмные» домики с живописным видом всегда большой спрос. И цена. Таких проектов пока единицы. И хотя потенциал для развития этой индустрии огромен, динамики роста не наблюдается. В чем причина и какие сложности, рассказывает Tochka.by.

Многие называют глэмпингом то, что им не является

Первые глэмпинги появились в Беларуси после пандемии. Но бума не произошло, в отличие от России, где их количество с 2019 года выросло с 60 до 550, из которых 66% работает круглый год. У нас статистики по глэмпингам не ведется. И такого термина в законодательной базе тоже нет. А раз нет, то что к ним относить и как считать?

По запросу в интернете многие ресурсы выдают от 11 до 16 объектов. Но по факту настоящих глэмпингов у нас и десятка не наберется. По тем или иным признакам к глэмпингам относятся Rapa Nui, Dzen Forest, Nomad Houses, «Мыс», «Солнечный кит», «Утрина»…

Понятно, что в России и территория больше, и спрос выше. Сыграли роль и закрытые границы, рост внутреннего туризма и недостаток средств размещения. Строительство гостиниц требует времени и инвестиций. А глэмпинги – это быстровозводимые домики – белл-тенты, типи, а-фреймы, которые можно размещать даже в заповедных местах, и это в разы менее затратно.

Государство подобные проекты активно поддерживает. Поэтому глэмпинги стали расти как грибы после дождя. Появились шатры на Куршской косе, комфортабельные палатки рядом с живописными озерами в Карелии, на Байкале, на Халактырском пляже Камчатки, прозрачные иглу для наблюдением за северным сиянием между Мурманском и Арктическим океаном.

Учитывая, что Беларусь на 40% покрыта лесами, глэмпингам у нас самое место. Сейчас большой спрос позволяет таким объектам держать высокую стоимость размещения: цена за ночь в них зачастую вдвое выше, чем в отелях – $200 в “инстаграмном” A-фрейм-шалаше. В целом разбежка цен – Br150–500 в сутки. Многих любителей отдыха на природе цена шокирует.

Особенно если сравнивать с кемпингом, где за Br10 в сутки можно поставить свою палатку в оборудованном лагере. Но и уровень комфорта и сервиса в глэмпингах максимально приближен к гостиничному. Вы просыпаетесь в лесу с видом на озеро, чувствуете запах елей, но… на ортопедической кровати с белоснежным постельным бельем и со всеми удобствами: стильная мебель, освещение, Wi-Fi, баня, купель, биотуалет, а в некоторых – даже душ с горячей водой.

Такой отдых быстро вошел в моду. И слово «глэмпинг» стали добавлять в описание своих гостевых домиков и агроусадеб все кому не лень.

«Это приводит к путанице и разочарованию. Если хозяин агроусадьбы поставит у себя на территории белл-тент или треугольный домик, он от этого не станет глэмпингом», – считает руководитель комитета РСТИ по развитию глэмпингов, кемпингов и инфраструктуры активного туризма, а также основатель и управляющий кемпинга и глэмпинга «Мыс» Сергей Третьяк.

С его слов, это всего лишь средство размещения… В России уже второй год идет активная борьба за то, чтобы законодательно закрепить стандарты и четкие критерии для глэмпингов, чтобы кто попало не мог себя так называть, а туристы понимали, на что они могут рассчитывать в таких средствах размещения.

Глэмпинг от кемпинга отличается не только ценой и комфортом, но и своим определенным «комьюнити». У каждого подобного рода проекта есть своя “фишка”. Как правило, это небольшой городок на 10–15 объектов размещения с определенной концепцией. У кого-то это йога-ретрит, у кого-то индейская тематика, другие делают акцент на активном отдыхе на воде.

«У нас, например, звуковой ретрит не только в глэмпинге, но и в кемпинге», – рассказывает Сергей.

Он считает, что в современном мире тишина становится дефицитным товаром.

«В первый год мы теряли очень много гостей, запрещая даже в кемпинге музыкальные колонки и шумные вечеринки. Получали отзывы: «Не отдых, а сплошные надзиратели: то нельзя, это нельзя». В итоге очень быстро выкристаллизовалась публика, которая, наоборот, начала благодарить. И, судя по обратной связи, запрос на цивилизованный отдых на природе большой», – констатирует Третьяк.

В чем же сложности?

В большинстве своем реализовать подобные проекты в Беларуси легче всего на частных землях или территории объектов туризма – санатория, базы отдыха, или это может быть комбинация частной и госсобственности. Прийти со своими гламурными шатрами и развернуть их на любой лесной опушке не так-то просто.

По мнению экспертов, главным препятствием становится отсутствие правового поля и ясного понимания, где можно строить глэмпинги, а где нельзя, и как получить необходимый статус места отдыха, если в законодательной базе даже нет такого понятия, как глэмпинг.

«Нужно пройти через огромное количество инстанций и бюрократических процедур, чтобы просто узнать, чья это земля и можно ли на ней развивать туризм. Это не поиск недвижимости через интернет, где есть фото и описание. Придется по полям, по лесам побегать. Согласно законодательству, срок аренды может достигать 15 лет. А по факту это решается на местах. Аргументы: «А мы не знаем, что вы собираетесь делать на этой земле. А зачем вам такой большой участок?» И предоставляют землю на два-три года. Но этот бизнес-проект нельзя сравнивать с покупкой тюльпанов к 8 Марта, где вы получаете прибыль через час. Здесь нужно наладить быт, привлечь людей. И это не круглогодичный бизнес – в межсезонье приходится как-то поддерживать его… Но, решив вопрос с арендой (скорее всего, это будут земли лесного фонда), сталкиваешься со следующей нерешаемой задачей: невозможностью проложить коммуникации, даже если рядом проходит линия электропередачи», – говорит Сергей.

Основание, чтобы предоставили электричество, должно быть следующим: либо вы живете или прописаны в этом лесу, что исключено, либо используете под строительные нужды, что на землях лесного фонда тоже запрещено. Создание минимальной инфраструктуры – это не только удобства для гостей, уверены создатели глэмпингов, но и способ сохранения природы.

От того, что будут работать бензиновые генераторы в лесу, вреда будет больше, чем от установки одного трансформатора и организации электроснабжения хотя бы в зоне ресепшен, где будут мини-кухня, горячий душ, прачечная…

«По статусу мы даже не зона отдыха, а просто арендаторы лесных угодий», – сетует Сергей Третьяк.

С его слов, в пожароопасные периоды, когда действует ограничение или запрет на посещение лесов, нас это тоже касается. В связи с этим в конце лета мы вынуждены были писать коллективное прошение, чтобы нам не сокращали и без того короткий турсезон, который длится три-четыре месяца с учетом погоды.

Поэтому с лесными участками связано множество ограничений, их статус не определен, и вы фактически оказываетесь в правовом вакууме. На вас накладываются различные неясные нормы и требования, что затрудняет процесс развития и использования этой земли.

Например, невозможно оградить участок в лесу или установить шлагбаумы. Любой грибник, рыбак или турист может свободно передвигаться по территории глэмпинга при условии, что он не пользуется услугами. Любая порча имущества, пропажа – никакой страховки.

В то же время, согласно условиям арендного договора, арендатор обязан осуществлять контроль и уборку территории, примыкающей к участку на протяжении 300 м. Однако, если кто-то разводит костер или оставляет мусор рядом с вашим лагерем, вы не можете этому препятствовать, но убирать придется.

Пути решения

Сейчас глэмпинги – это рынок энтузиастов и мелких игроков. Для привлечения инвестиций и развития этой индустрии, по мнению экспертов турбизнеса, нужны программа развития глэмпингов и кемпингов и четкий механизм действий, на основании которого можно получать разрешение и реализовывать свои проекты.

Инвесторам нужна понятная и простая система одного окна, поскольку процесс получения разрешений на строительство сейчас требует обращения в различные министерства и ведомства, между которыми отсутствуют согласованность и эффективное взаимодействие. Проблема заключается в том, что нет ни программы развития, ни того, кто бы этот процесс курировал.

В России уже продвинулись далеко в этом направлении: есть ассоциация глэмпингов, нацпроект «Туризм», оказывается господдержка, выделяются гранты. В нашей стране, к сожалению, ситуация пока остается на уровне «хотя бы не мешайте». Создать стандарты и провести классификацию глэмпингов – лишь часть решения.

Следующий шаг – наладить межведомственное взаимодействие, чтобы облегчить малому бизнесу строительство таких средств размещения. И развивать туризм на диких территориях, где по факту он и так присутствует, но в стихийной форме, что только лишь наносит вред и ущерб природе.

«Прежде чем построить глэмпинг, мы зачищали и приводили в порядок территорию: мусора вывезли неимоверное количество, несколько прицепов», – рассказывает Сергей.

По его уверениям, компания старается максимально обустроить глэмпинг всем белорусским – матрасами, мебелью, кострищами-мангалами. Мы оплачиваем услуги санэпидстанции для дезинфекции территории от клещей, местного ЖКХ по вывозу мусора, прачечной, пилорамы, дорожной техники для благоустройства.

Это способствует не только развитию туризма, но и экономическому росту региона и сельской местности. Поэтому важно поддерживать тех, кто своими силами и средствами стремится перевести отдых на природе в цивилизованное русло, чтобы таких инициатив было больше.

Back to top button
Авторизация
*
*
Регистрация
*
*
*
Генерация пароля